Книга Невеста лисьего клана, страница 40 – Мира Аллен

— Печать реагирует на страх вокруг тебя.

— Рина увидела чернила.

— Поэтому тебе нельзя оставаться с людьми, которые начнут задавать вопросы.

— То есть мне теперь нельзя иметь друзей?

— Я не это сказал.

— Но почти.

Он посмотрел на неё устало.

— Я пытаюсь удержать границу. Ты пытаешься жить так, будто границы нет.

— Потому что я не могу просто исчезнуть из своей жизни!

В туалете стало тихо. Рэн убрал руку.

— Я знаю.

Это снова сбило её злость. Он сказал это не резко. Не холодно. А так, будто действительно знал. Как будто тоже когда-то пытался не исчезнуть из собственной жизни, пока кто-то сильнее решал за него.

Айко опустила взгляд.

— Сота и Рина не виноваты.

— Нет.

— Я не позволю втянуть их.

— Тогда учись лгать лучше.

Она подняла глаза.

— Что?

— Пока ты не можешь сказать правду, тебе придётся защищать их ложью. Убедительной. Спокойной. Без дозатора мыла.

Несмотря на страх, Айко почти рассмеялась.

— Очень смешно.

— Я не шутил.

— Тем хуже.

Он провёл ладонью над раковиной. Чернильный знак стянулся в маленький чёрный комок и исчез в сливе. Вода снова стала прозрачной.

— Идём, — сказал Рэн.

— Куда?

— На урок.

— После этого?

— Именно после этого. Обычность — лучшая стена.

— Вы придумали это сейчас?

— Нет. Это старое правило.

— У вас все старые правила звучат так, будто их писал человек с тяжёлым характером.

— Вероятно, это был мой дед.

Айко посмотрела на него.

— У вас есть дед?

— Было бы странно, если бы я появился сразу наследником.

— Я не это имела в виду.

— А что?

Она задумалась.

— Не знаю. Просто иногда вы говорите так, будто у вас нет ничего обычного. Ни семьи. Ни дома. Ни детства. Только клан, печати и приказы.

Рэн замолчал. Айко поняла, что задела что-то неслучайно. Он отвернулся к двери.

— Идём.

— Рэн…

— Не здесь.

Она не стала настаивать.

В коридоре Рина стояла у окна и делала вид, что смотрит в телефон. Когда они вышли вместе, её взгляд стал огромным.

— Я ничего не видела, — быстро сказала она.

Айко хотела выдохнуть, но Рина добавила:

— Кроме чёрной воды, странного знака и того, как Кудзэ вышел из женского туалета.

Рэн сказал:

— Ты видела протечку.

Рина медленно повернулась к нему.

— Протечку?

— Старые трубы.

— Серьёзно?

— Да.

— И поэтому ты зашёл в женский туалет?

— Я заметил воду из коридора.

Рина посмотрела на Айко.

— Он тоже плохо врёт.

— Я знаю, — устало сказала Айко.

Рэн нахмурился.

— Это было правдоподобно.

— Нет, — сказала Рина.

— Совсем нет, — подтвердила Айко.

Он выглядел почти оскорблённым. Рина вдруг усмехнулась, но быстро стала серьёзной.

— Ладно. Я не знаю, во что вы вляпались, и, честно, не уверена, что хочу знать. Но если ещё раз увижу чёрную воду, я закричу.

— Не кричи, — одновременно сказали Айко и Рэн.

Рина замерла.

— Вот это было жутко.

Айко взяла её за руку.

— Пожалуйста. Пока просто… не говори никому.

— Соте?

Айко помедлила.

— Никому.

Рина посмотрела на неё внимательно.

— Ты ему не доверяешь?

— Доверяю.

— Тогда почему?

Потому что Сота уже слишком много видел. Потому что если он узнает, полезет защищать. Потому что Рэн прав: дорогие люди становятся слабым местом. Потому что сама мысль об этом была невыносима.

— Потому что я не хочу, чтобы он волновался, — сказала Айко.

Рина вздохнула.

— Это самая взрослая и самая глупая причина одновременно.