Книга Рассвет Элларии, страница 165 – Джулия Фокс

Я протянула руку прямо навстречу летящему чудовищу, мысленно касаясь пальцами его изломанной души. Одержимый застыл в воздухе, замерев в полуметре от моих раскрытых пальцев, и его массивная туша затряслась в судорогах. Чёрные жилы под кожей вспыхнули разрывающей сосуды пульсацией. Где-то на периферии зрения Роберт, приподнимаясь на локте, что-то отчаянно выкрикивал, но до меня доносился лишь вибрирующий гул. Пространство ослепительно вспыхнуло золотистым светом, и монстр с глухим сокрушительным стуком рухнул на колени.

Я загнанно задышала, прижав ладонь к груди и не до конца понимая, что произошло. Я пыталась направить магию, благословить или проклясть, лишь бы опасность миновала, но сейчас ощущала страшную слабость и... дикую, пьянящую свободу. Существо медленно подняло голову.

Его уродливая туша из гниющих мышц, бугров и острых костяных пиков двинулась в мою сторону, заставив меня сильнее вжаться в уступ. Но глаза... эти налитые кровью глаза вдруг очистились, наполнившись глубоким сознанием. Сквозь маску монстра на меня смотрел измождённый, испуганный мужчина лет сорока. Он опустил взгляд на свои страшные, когтистые лапы, словно видел их впервые.

— Боги... — его голос был тихим и хриплым. — Что... что со мной произошло?..

Договорить он не успел. Тело мужчины неестественно дёрнулось. Один раз. Другой. В его глазах вновь вспыхнул ужас, а до моих ушей донёсся страшный треск ломающихся костей.

Мужчина бессильно упал лицом прямо в рыхлый снег, прямо мне под ноги. Без единого звука. Мёртвый.

Словно во сне, я опустилась на колени рядом с ним, ладони крупно дрожали, а в морозном воздухе всё ещё таяли невидимые остатки его тёплой, улетевшей души. Рядом, тяжело прихрамывая и держась за окровавленный бок, появился Роберт. Его лицо застыло в парализующем потрясении, какого я никогда у него не видела. Он переводил взгляд с безжизненного тела на мои пальцы.

— Дани... Что... что ты только что с ним сделала?

Я открыла было рот, но осеклась — у меня не было ответа.

Солнце торопливо опускалось к горизонту, заливая бескрайние поля северного Асадаля грязно-багровым цветом. Гвардейскую одежду покрывал такой плотный слой въевшейся пыли и подсохшей чужой крови, что границы между грубой тканью и гнилью практически стёрлись, превращая ткань в окоченевший панцирь.

Это было очередное демоническое гнездо. Очередные Одержимые, безжалостно разорванные Пустотой на бескрайних степных просторах. Очередной безликий, вычеркнутый из памяти день, который удалось пережить и, главное, провести ни о чём не думая. Из-за этой отупляющей, высасывающей душу усталости я среагировал на изменения в лагере со значительным опозданием, потеряв привычную бдительность.

Лишь когда наш потрёпанный отряд миновал временную заставу, один из Жнецов напряжённо выпрямился в седле и коротко кивнул подбородком в сторону центральных палаток, привлекая моё внимание.

Я нехотя поднял голову, преодолевая сопротивление налипшей на веки грязи. Возле костра, пламя которого едва разгоралось в сумерках, неподвижно сидела моя мать. Спокойная, идеально прямая, она выглядела так, словно не совершила изнурительный марш-бросок через половину континента, а просто вышла на минутную прогулку из своих стерильных столичных лечебниц.