Книга Рассвет Элларии, страница 42 – Джулия Фокс

— Им просто непривычна наша архитектура, — рассудительно заметил Юлиан, разворачивая свиток с поправками к торговому уставу, который он изучал для отца и зачем-то притащил с собой. — Чёткая правовая база — вот что заставит их доверять нам, а не просто бояться Ордена.

— Твоя бумага не починит их повозки, если они сломаются на наших ухабах, — негромко буркнул Марк. Он даже не поднял взгляда, увлечённо ковыряя маленькой отвёрткой внутренности карманных часов. Вокруг него на деревянном столе живописным беспорядком покоились крошечные шестерёнки и пружины. — Тут нужны новые ремонтные мастерские. Правда ведь, Лео?

Лео, сидевший по правую руку от меня, тихо кивнул. Весь вечер он старался держаться поближе. Я бросила на него короткий взгляд: на фоне Юлиана он казался намного взрослее и собраннее. Идеальная осанка, спокойные, выверенные движения. Но здесь, в нашем кругу, его обычно суровые черты заметно смягчались, теряя казарменную жёсткость.

Когда Амелия протянула ему чай, он негромко поблагодарил её. В этот момент мы встретились взглядами. В груди разлилось приятное тепло — я физически ощутила, как между нами снова восстанавливается та самая невидимая, хрупкая связь, которую отец едва не разрушил.

Но этот изматывающий день неумолимо подошёл к концу. Глубокая ночь окончательно опустилась на Элларон, погрузив шумный дворец в тишину. Моя комната казалась единственным надёжным убежищем.

Сон не шёл. Накинув на плечи пушистую шерстяную шаль, я открыла стеклянные створки и тихо вышла на сырой каменный балкон. Сад внизу тонул в сизом тумане, сквозь который слабо пробивался лунный свет. Я оперлась ладонями о перила, собираясь просто побыть на воздухе, как вдруг заметила движение внизу, на тренировочной площадке перед Храмом.

Это был Лео.

Он стоял один посреди пустого двора. Без чёрного доспеха Жнеца — в одной лишь простой тёмной рубахе с закатанными рукавами и с тренировочным клинком. Мальчик двигался абсолютно бесшумно, плавно перетекая из одной боевой стойки в другую. Каждое движение было резким, точным и выверенным.

Я затаила дыхание, боясь шелохнуться. Рядом с друзьями он казался обычным подростком, но сейчас, наедине с ночью, в нём проступала пугающая, первобытная сила. Я поймала себя на том, что разглядываю его совсем иначе, чем прежде. Он заметно вытянулся, плечи раздались вширь, движения потеряли детскую угловатость, а черты лица заострились, став удивительно красивыми.

В груди что-то странно, сладостно перевернулось. Горячая волна мгновенно опалила щёки румянцем, несмотря на ночной ветер. Внезапно все девичьи разговоры про мальчиков, свидания и красивые платья, над которыми я ещё вчера снисходительно смеялась, обрели весомый, осязаемый смысл.

Я смотрела на то, как тяжело вздымаются его плечи, как он смахивает со лба отросшие светлые волосы, как уверенно сжимает рукоять, и у меня перехватывало дыхание. Я вдруг чётко, до покалывания в кончиках пальцев осознала: он мне нравится.

Сердце застучало так бешено, что удары отдавались в самом горле, оглушая своей новизной. Было пугающе, странно, но до дрожи правильно. Мне вдруг отчаянно захотелось спуститься туда, в сизую дымку, подойти к нему и просто встать рядом.

Лео внизу внезапно замер, оборвав взмах клинка на полпути. Словно почувствовав чужое присутствие, он медленно поднял голову, всматриваясь в темноту верхних ярусов.