Книга Рассвет Элларии, страница 96 – Джулия Фокс

Папа долго молчал. Он глубоко ушёл в себя, словно просчитывая сотни дипломатических вероятностей, выстраивая стратегию или взвешивая риски, а затем перевёл взгляд на раскрасневшуюся от гнева маму, мягко накрыв её дрожащую ладонь своей рукой.

— Ладно, — медленно произнёс отец. — Мы объявим турнир. Это действительно привлечёт нужные нам фигуры, вскроет карты провинций и закроет бреши в дипломатии. Но награда — точно не брак.

Мама медленно опустилась обратно в кресло, выдохнув. Она перевела взгляд на меня, и я не сдержала торжествующую улыбку. Появился повод отвлечься от всего.

Семейный ужин подходил к концу. Киллиан и Виолетта поднялись первыми, и Даниэлла, бросив на меня из дверей последний, быстрый и обжигающий взгляд, последовала за родителями. Створки со скрипом закрылись, отрезая её от меня.

Пустота, растревоженная встречей, турнирными новостями и вкусом её губ, который всё ещё горел на моих прерывистых выдохах, требовала немедленного действия. Я должен был пойти за Дани. Прямо сейчас, пока она не скрылась в лабиринтах дворца, перехватить её в анфиладе и вынудить выслушать.

Я резко поднялся из-за стола, рывком поправив край мундира, и сделал шаг к выходу.

— Стоять.

Ладонь Каина опустилась на моё плечо, намертво пригвождая к месту. Он даже не поднял головы, лениво крутя в руках опустевший кубок, но его хватка была железной.

— Каин, у меня есть дела, — попытался соврать я, чувствуя, как внешнее спокойствие трещит под напором внутреннего нетерпения.

— Всё успеется, — хмыкнул наставник, наконец отпуская моё плечо и поднимаясь во весь рост.

Он потянулся, хрустнув суставами, и требовательно кивнул в сторону выхода на террасу:

— Пошли-ка проветримся вокруг дворца. Поболтаем. Помнишь, как бродили тут, когда ты едва мне до пояса доставал? Мелкий ещё был, за мной хвостом ходил. А, Эви?

Мама тихо, согласно рассмеялась. Она плавно поднялась со своего места, накидывая на плечи простой походный плащ.

Мы вышли на тёмную балюстраду первого этажа, переходящую во двор. Пронизывающий ночной воздух Элларона мгновенно ударил в лицо, немного остужая полыхавший под кожей пожар. Казармы на окраинах города уже спали, а огромный дворец казался вымершим, окутанным серым туманом уходящей зимы, в котором уже смутно угадывалось скорое приближение весны.

Каин шёл посередине тропы, тяжело ступая массивными сапогами по плитам. На первом же повороте он без лишних слов закинул руку на плечи матери, собственнически притягивая её к своему боку. Она доверчиво расслабилась, уютно утыкаясь носом в его плечо и пряча ладони под суконной курткой.

Я шёл чуть поодаль, пряча забинтованные костяшки в карманы плаща. Глядя на эту пару, я чувствовал, как ржавый гвоздь тоски глубже вонзается в сердце. Они нашли свой безмолвный якорь в этом леденящем мире. А я оставался в одиночестве, точно зная, что Даниэлла сейчас ненавидит меня всеми фибрами души.

И слова Киллиана до сих пор жгли изнутри сильнее любого яда. Он клеймил меня едва ли не чудовищем. Потенциальным монстром просто потому, что во мне жила сила, дарованная Богом Смерти.

Я упрямо сжал кулаки. Если я монстр из-за этой силы, то что представляет собой её первоисточник?

— Объясни мне одну вещь, Каин.

Он лениво повернул ко мне голову, не выпуская маму из согревающего полуобъятия.