Книга ...штопаем ранения души, страница 108 – Александр Горохов

Второе занятие — это книги. Вечерами ударными темпами переписываю на листочки в клеточку книгу «про Судоплатова» и продолжение «Сына своего отца» для израильтян. Об этой сфере моей деятельности никто в техникуме ещё не знает, а я не хочу «рисоваться» перед студентами и студентками, чтобы не «забронзоветь». И так мои комсомольские «портфели» обращают на себя внимание, создавая мне ореол «перспективности» в глазах потенциальных подружек. Манаева переслала набросанную мной «от руки» карту королевства Гемма, и теперь я жду решения из Хайфы о том, какую сумму мне «отвалят» за второе издание книги.

Павел Анатольевич по поводу встречи «в реале» ответил, что ничего срочного нет, он подождёт до моих каникул, чтобы «обсудить вновь открывшиеся перспективы». Понятно. Генерал-лейтенант перестал быть изгоем, и теперь у него появились более широкие возможности получать или передавать информацию. Хотя мне сомнительно, что «контроль» за ним сняли полностью. Ничего, нам не привыкать встречаться на территории, где подслушать наши разговоры весьма проблематично.

Гитара. Вот по ней, как оказалось, я реально соскучился: ну, что такое брать в руки инструмент только при приезде в родительский дом? Так ведь и все с таким трудом наработанные навыки можно потерять. Репетировать, репетировать и репетировать. Тренировать пальчики, тренировать и тренировать. Как шутил у фестивального костра «хронический» организатор музыкальных фестивалей в Челябинской области (правда, сейчас он пока на этот уровень ещё не вышел) Костя (Константин Петрович для очень многих других) Просеков: «для чего музыкантам сильные пальцы? Да чтобы ими можно было пробку в бутылку вина продавливать, если штопора под рукой нет!».

Так что соседей за стенами снятой мной квартиры я радую не только хард-роком, звучащим из колонок, но и игрой на гитаре. Если они её слышат: дом кирпичный, звукоизоляция у несущих стен, разделяющих квартиры, отличная. Это не панели, по которым любое топанье или, не дай бог, «весенняя трель перфоратора», разносятся на три-четыре этажа или квартиры, вниз, вверх и в стороны.

Наличие у меня «в хозяйстве» гитары (как не пригласить в гости друга и подруг?) «добавило мне плюсов» в глазах Бородулиной. Которая закончила музыкальную школу, правда, по классу фортепиано. Как и вывешенный на стенку диплом с «Ильменки». То бишь, свидетельство о том, что я участвовал в конкурсе, но так и не победил в нём.

Впрочем, в глазах не только Бородулиной. Эта бумажка и несколько спетых под гитару песен вызвали интерес ко мне у обеих подружек Ирины. Даже у Катюхи, о которой ходят слухи, что она ушла с предприятия учиться из-за несчастной любви к женатому коллеге. Ну, не то, чтобы совсем уж интерес, а… некоторую заинтересованность: что за фрукт такой затесался в нашу компашку?

Радиолюбительство. На коллективную радиостанцию я пока не выходил: не до того ещё было. «Картошка», привыкание к новой обстановке, неопределённость с местом жительства, череда переездов. Зато «поднял» атлянский «задел» и даже договорился с Тимченко о том, что он позволит мне воспользоваться аппаратурой, имеющейся при кабинете Теории автоматического регулирования. В первую очередь — осциллографом. Но идеи паяемых мной устройств его весьма заинтересовали.