Онлайн книга «...штопаем ранения души»
|
Завтра вспомним — люди скажут. Четверть точно осушили, Чтобы рожа была глаже. А Андрюху брать не стали: Плохо ходит — сядет-ляжет — Положили у сельпо. (Ну, прямо на крылечко, чтоб не потерять!) А вокруг собаки воют, То ли сдуру, то ли просто. Дед Степан их матом кроет. Ночь, луна, горохом звёзды. А идти ещё три дома После бани так непросто: На коленках, да в пальто. (И руки мёрзнут без перчаток!) А на деревне знает всяк, знает всяк, знает всяк: Баня — это не пустяк, не пустяк, не пустяк. Хоть женат, хоть холостяк, холостяк, холостяк: Веник, водка и ништяк! Последний раз припев горланили уже все вместе, пытаясь перебороть хохот. Да что там говорить про других, если я сам, бывало, делал паузы в пару секунд, чтобы прохихикаться. — Ой, Миха! Ой, уморил! — Это ещё не всё. Есть ещё продолжение про рыбалку. Все готовы, или всё-таки кому-нибудь нужно отлучиться во двор? Хорошо проснуться утром На крыльце сельпо родного! Так приятно, так уютно… Жалко, что во рту хреново. И подняться с гордым видом, Словно мёртвый с катафалка, Накопать червей, для виду, Взять пузырь и… на рыбалку! Мы на тракторе с Серёгой, как обычно, едем быстро, Солнце светит прямо в темя, даже рот желает петь. А в ковше лежит Андрюха, после бани «очень чистый», И со всей деревни мухи прилетают посмотреть. Ветер волосы лохматит, как районный парикмахер. Посмотрели: вроде лето, сочный этот год бурьян. Быстро удочки смотали, баб своих послали… в баню, Взяли водки вместо лодки, а Андрюха взял баян. (Для чего? А как мы без баяна? Мы же на рыбалку едем!) Ой, деревня — деревенька, беспокойная моя, После бани на рыбалку, остальное — чешуя! Говорят у нас в народе (а язык наш без костей): «Рыба посуху не ходит!». Значит, наливай, да пей! Червяков опять забыли, мы их вечно забываем, Даже удочки, бывает, на рыбалку не берём. А погода так и шепчет, словно в рюмки разливает, И беды не предвещает этот славный водоём. Гнусно каркают вороны, дятлы бьются о берёзы. Ловим мы на макароны. Кстати, лучше червяка! И от этой благодати из Андрюхи песня льётся, И совсем непроизвольно к рюмке тянется рука. (А мы как бы не при чём… Не угадал ни одной буквы!) Ой, деревня — деревенька, беспокойная моя, После бани на рыбалку, остальное — чешуя! Говорят у нас в народе (а язык наш без костей): «Рыба посуху не ходит!». Значит, наливай, да пей! Вдруг почудились русалки, наших баб гораздо лучше, По воде хвостами лупят (Ихтиандры! Что с них взять?). Абсолютно без одежды, просто, как несчастный случай. Мы на трактор и вдогонку, а он тонет, твою мать! Всплыли все, кроме Андрюхи. Мы потом его достали: Его к берегу прибило, словно старый чемодан. Трактор на хрен утопили, в общем славно погуляли, Но Андрюху откачали шлангом в рот через баян Ой, деревня — деревенька, беспокойная моя, После бани на рыбалку, остальное — чешуя! Говорят у нас в народе (а язык наш без костей): «Рыба посуху не ходит!». Значит, наливай, да пей! Третью песню из этого цикла тюменца Геннадия Балахнина, «По грибы», я исполнять не стал: больно уж много в ней реалий двадцать первого века — «Единая Россия», кризис, капитализм, страховой полис… Но и спетого хватило, чтобы девчонки потребовали, чтоб я, от греха подальше, отдал гитару Дыркину. Тому капроновые струны, пяток комплектов которых я привёз из Москвы, очень понравились, так что Серёга поиграл с удовольствием, пока не отдал мне инструмент, и я не перешёл на уже привычный репертуар. Разбавленный, конечно, песнями, которые до этого слышала только Рая. |