Книга Свобода без корсета, страница 134 – Людмила Вовченко

И вдруг Маргарита заметила: её пальцы дрожат.

Совсем чуть-чуть.

Она подошла и взяла Изабель под руку.

Не спрашивая.

— Вы великолепны, — сказала тихо.

— Знаю.

— И всё-таки дрожите.

— От злости.

— Конечно.

— Не смотрите на меня с сочувствием.

— Я смотрю с восхищением.

Изабель повернула голову.

Глаза её блестели.

Но она не позволила ни одной слезе появиться.

— Это хуже.

— Привыкайте.

— Никогда.

Маргарита улыбнулась.

— Вы уже говорили.

Изабель сжала её руку.

На секунду.

Крепко.

И отпустила.

Музыка продолжалась.

Но вечер уже принадлежал не Селине.

Не Жюлю.

И даже не скандалу.

Адель сидела рядом с графиней де Ларош. С ней разговаривали две молодые женщины, и впервые она не отвечала односложно. Её платье двигалось мягко, серебристая вышивка вспыхивала при каждом жесте, а лицо больше не было бледной рамкой для чужого мнения.

Изабель принимала комплименты к своему платью так, будто всю жизнь знала, что тёмно-зелёный однажды станет её цветом победы.

Арман рассказывал промышленникам о новых тканях.

Камилла уже получила три просьбы прислать визитную карточку ателье.

А Маргарита стояла у окна.

Смотрела на дождливый Париж.

И пыталась осознать, что её жизнь снова перевернулась.

Но на этот раз она не падала.

Стояла.

За спиной раздались шаги.

Александр.

Она узнала бы их теперь среди десятков.

Он остановился рядом.

— Вы хорошо держались.

— Я всегда хорошо держусь.

— Неправда.

Она повернула голову.

— Простите?

— Иногда вам тяжело. Вы просто не позволяете другим увидеть.

— И вы, конечно, видите.

— Да.

— Раздражает.

— Знаю.

Он встал ближе.

За окном дождь стекал по стеклу длинными серебряными линиями.

— Жюля задержат завтра, — сказал он.

— Хорошо.

— Его кредиторы дадут показания.

— Ещё лучше.

— Селина уедет.

— Надеюсь, к отцу ребёнка.

— Возможно.

Пауза.

— Всё закончилось? — спросила Маргарита.

Александр посмотрел на неё.

— Нет.

— Что ещё?

— Мы.

Сердце ударило тяжело.

Не от неожиданности.

От того, что она ждала.

Он взял её руку.

— Я не хочу быть вашей тайной между тканями, зимними садами и поездками в экипаже.

Маргарита молчала.

В салоне за их спинами звучала музыка.

Смеялись люди.

Звенели бокалы.

Но их пространство снова стало отдельным.

— А кем хотите? — спросила она.

— Мужчиной, которого вы выбираете открыто.

— Александр…

— Не отвечайте сегодня, если не готовы.

— Вы опять не торопите.

— Нет.

— Это очень неудобно.

Он улыбнулся.

— Почему?

— Потому что мне не с чем спорить.

— Могу придумать неправильную формулировку.

— Не надо.

Она посмотрела на его лицо.

Холодное для большинства.

Тёплое для неё.

На человека, который не спасал её вместо неё.

Не решал за неё.

Не просил уменьшить голос, амбиции или пространство.

И понял её в самом важном: любовь не должна быть ещё одним корсетом.

Маргарита сжала его пальцы.

— Я выбираю вас.

Он не двинулся.

Будто боялся, что ослышался.

— Открыто, — добавила она. — Но с условиями.

Теперь он улыбнулся.

Медленно.

— Разумеется.

— Моё ателье остаётся моим.

— Да.

— Моя работа — моей.

— Да.

— Я не переезжаю в ваш дом как красивое приложение к фамилии.

— Нет.

— Я не прекращаю спорить с вашей матерью.

— Это невозможно даже теоретически.

— Хорошо.

Она сделала шаг ближе.

— И если вы когда-нибудь попытаетесь затянуть мою жизнь слишком туго…

— Вы распорете шов.