Книга Сбежавшая невеста некроманта, страница 115 – Анна Ликина

Но на его губах неожиданно появилась улыбка. Он откинул голову назад и рассмеялся, как душевнобольной.

— Прости. Я всё забываю, что ты его травила… сколько? Четыре года? Но даже не догадалась спросить, его ли подарок, что ты так бережёшь. Так вот, я открою тебе секрет: это я подарил тот меч.

Самое ужасное, что я почувствовала — он не лжёт. Словно ушат воды на голову. Это невозможно.

— Нет! — я инстинктивно закрыла руками уши, помотала головой. — Ты просто лжёшь. Хочешь очернить его в моих глазах. Ты пытался убить Николая.

— Я лишь пытался сказать тебе правду. Просто не знал, что он под действием зелья. Знаешь, у любовного порошка тоже есть побочные эффекты — тот, на ком его применяют, слишком дорожит объектом своей любви. И готов идти до конца, чтобы убрать соперников.

По моим щекам бежали слёзы. Я просто отказывалась верить в происходящее. Всё ведь было прекрасно. Зачем в моей жизни вновь появился Азарий?

— Он спас меня от разгулявшейся нечисти тогда… деканы спасли… если бы не они, я бы умерла…

Клоп нахмурился.

— Ты про похищение?

Кивнула.

— Никто тебя не спас. Ни они… не я…

Я подняла взгляд. В голове промелькнули тысячи мыслей. От безобидных: он лжёт. До безумных: я мертва?

— Что?

Азарий сглотнул, словно готовясь добить меня своими словами. Хотя… он ведь и так это делал. В момент, когда мы оказались в ловушке, он убивал меня правдой. Жестоко. Беспощадно.

— Ты умерла. Рана была серьёзной. Слишком. Мы успели только попрощаться. Твоя душа спешила на перерождение. Я поймал почти каждый фрагмент души и вернул в твоё тело. Α потом запускал твоё сердце.

Земля покачнулась под ногами. Я медленно начала оседать на пол.

— Всю… всю правду… — я едва шевелила губами.

Но чувствовала, что он не договаривает что-то ещё. Слишком важное.

— Твоё сердце не билось, — Азарий не смотрел на меня. На миг мне показалось, что он словно вновь переживает тот момент. — Не хватало одного фрагмента. Несколько частиц всё же я не успел поймать… Тогда я не нашёл лучшего решения, чем вырвать часть своей души… чтобы ты жила.

Он медленно расстегнул рубашку, оголяя ужасный чёрный шрам у сердца. Я инстинктивно приложила руку к своему.

— Всё это время… значит… мне тогда не показалоcь. Это были твои эмоции. Это сожаление. Эта злость, ревность…

Азарий удивлённо поднял брови.

— Ты тоже чувствовала?

Я кивнула. Он открыл рот, но ничего не успел сказать. Несколько толчков и камни со стороны галереи разлетелись в стороны, являя нам Тараса…

Азарий

Никогда ранее мне еще не было так легко и больно одновременно. Из старой раны выдернули кинжал, который уже успел срастись с плотью, оставив после себя не облегчение, а пустоту и жгучую, уже знакомую боль.

Мне нужно было призвать нечисть, чтобы разгрести завал, но я увлёқся выяснением отношений с Милославой. Моей персональной Заразой, проклятием, от которого я тщетно пытался избавиться четыре года. Гнал её из мыслей, из сердца, из снов…

И вот теперь она знала всю правду. Без прикрас и недомолвок. Узнать о своей смерти… не каждому хватит мужества принять эти сведения. А ей пришлось узнать и то, что она обязана своей жизнью тому, кого ненавидела всё это время.

Она стояла напротив, прижав ладонь к груди, где под кожей тикала часть меня. Её глаза были огромны, полны шока, неверия, дикого ужаса. «Ты тоже чувствовала?» — собственный вопрос эхом отдавался в черепе. Значит, мои предположения были правдой. Связь работала в обе стороны. Моя часть души стала проводником для её и моих эмоций, соединив нас, словно тонкая, невидимая, ңо очень прочнaя нить.