Книга Дракон-картограф для попаданки, страница 1 – Риска Волкова

— Эй, девушка! – крикнул мне полный мужчина за столиком. – Еще одну картошку фри! И соус!

Улыбнулась так мило, что аж зубы свело.

— Хорошо! – записала в блокнотик.

Поспешив забрать заодно посуду с других столиков, передала на кухню заказ.

Моя смена заканчивалась. Наскоро все передав Алке, я стянула с себя пропахшую едой форму, переоделась в любимые потертые джинсы, майку с лапшой и аля-кроксы и, не став терять времени, покинула кафе, где работала.

Я спешила в больницу к сестренке. После того, как мои родители пропали, забота об Алине легла на мои плечи. Девочке было всего пять лет, а у нее уже был такой тяжелый диагноз, на который совершенно не хватало денег.

Я надеялась на этот раз упросить руководство клиники, где обещали вылечить Алиночку, об еще одной отсрочке платежа. Я почти нашла нормальную работу! Уверена, вчерашнее собеседование сто процентов то самое!

Кивнув себе и скрестив пальцы, помчалась к трамвайной остановке. Когда пришел нужный мне семнадцатый номер, запрыгнула внутрь. С тоской оплатив проезд, заняла место сзади у окна. На следующей остановке ко мне подсела женщина с пухлыми губами и ярким макияжем.

— Интересная сумочка, – хмыкнула она ядовито. – Дизайн “Алкоголичка”.

Посмотрела на облезший дерматин на сумке. Вот только комментариев от совершенно чужих людей мне не хватало!

— Интересное лицо… – кашлянув, сказала я и выразительно ее осмотрела. – Неудачная пластика? Бедняжка!

Женщина взвилась.

— Хамка!

— Панамка! – передразнила ее я, а незнакомка поспешила выйти при первой возможности.

А я, продолжая путь в больницу, совсем загрустила. Родителей нет. Сестра больна. Денег нет. Нормальной работы нет. Диплома… Тоже нет. Когда случилась беда, я бросила учебу на историческом факультете. Как жить дальше? Сумка! С такой сумкой и правда стыдно ходить… А, с другой стороны, миллионы девушек и женщин ходят так же! Не я одна в такой ситуации!

Невольно усмехнувшись, вспомнила чудесную фразочку моего друга: “Если тебе плохо, посмотри новости. Там обязательно покажут кого-нибудь, кому еще хуже, чем тебе”.

Уже около больницы зашла в магазин.

— Мне две шоколадки. Самых дешевых! И апельсинов… Килограмм.

Продавщица хмыкнула, осмотрела меня с ног до головы, протянула мне терминал. Я приложила карточку.

“Пик-пи-и-и-ик”, – раздалось противное.

— Пишет, что не достаточно средств, – сказала, зевнув, женщина.

Как недостаточно?! Посмотрела в приложении. Блин! Списали за обслуживание… Прикусила губу.

— Я тогда наличными…

— Да, конечно.

Вытащила пару мелких купюр, оставшихся с чая. Протянула их.

Забрала шоколадки и апельсины. Алинка хоть немного порадуется. Улыбнулась. Ну вот. А завтра все обязательно будет хорошо! Получу ответ о работе и…

— Юлия Александровна, – меня за руку прямо на ресепшене поймал лечащий врач сестры. – Боюсь, у меня не очень хорошие для вас новости.

Я замерла. Сердце ухнуло в пятки.

— Что произошло? – с трудом выдавила я из себя.

— Этой ночью Алине стало хуже. Нужна операция. Срочно.

Что?! Хуже?! В смысле хуже?! Куда хуже уж?!

— Как… Как она? – слова давались мне с таким трудом, будто бы я пыталась говорить под водой.

На уши давил какой-то вакуум.

— В реанимации…

— Сколько…

— Денег? Всего пятьсот тысяч! Уверен, вы быстро найдете их, тем более, что…