Книга Полное погружение, страница 126 – Велл Матрикс

Я была уверена, что на танцпол Дима не выйдет. Мы были ощутимо старше танцующих, хотя за столиками сидели вполне наши ровесники, даже люди постарше. Но музыка была бодрая, а мне определенно не помешало бы сбросить напряжение последних дней. Поэтому я сочла, что людям на танцполе все равно, кто среди них танцует, и отдалась музыке без оглядки на чужое мнение.

А Дима внезапно присоединился ко мне. И танцевать он определенно умел.

От нас разве что искры не летели, и я получила огромное удовольствие от наших танцев. А еще Дима озаботился напитками для перерывов — роскошь, которую я себе в юности позволить не могла. И без возражений согласился на сок, хотя, возможно и рассчитывал на что-то покрепче. Но предлагать не стал, за что я была ему искренне благодарна. Слишком часто я сталкивалась с настойчивостью в этом вопросе, каких только причин я не придумывала, чтобы отказаться от питья. А Дмитрий отнесся к этому совершенно спокойно.

Разве не чудесный?

Я натанцевалась до гудящих ног и чувствовала себя совершенно счастливой, когда Дима вез меня домой.

— Ты отлично танцуешь, — сообщила я.

— Да, ходил на танцы в юности.

— Геймеры ходят на танцы? — изумилась я, смеясь.

— О, это был период, когда я начал интересоваться девочками. Мне казалось, умение танцевать поможет мне привлекать их внимание.

— И как, помогло?

— Пожалуй, даже слишком, — загадочно улыбнулся он.

— Это интригует.

— Никакой интриги. У меня появился слишком большой выбор, но раскованные мальчишки нравятся таким же раскованным девчонкам, и они меня напугали.

— Напугали? — я изумилась.

— Да, я осознал, что напористые девушки — это не мой тип.

Я вспомнила, как была напориста в нашу первую встречу, но сочла, что он имеет в виду что-то другое.

— Я не очень-то напориста, — отметила я не слишком уверенно.

— Ты чудесная, — улыбнулся он.

И, кажется, совершенно искренне. Поэтому я смутилась и умолкла. А когда он довел меня до дверей моей квартиры, после долгого поцелуя я предложила:

— Останешься у меня?

Он замер, будто не веря, что я это сказала. И я тут же вспомнила про настойчивых девочек, которые были не его типом. Должно быть, именно такую напористость он и подразумевал…

Кажется, я все испортила.

— Ты уверена? — осторожно поинтересовался он.

— Была, пока ты не спросил, — неловко улыбнулась я.

— Почему? — он нахмурился.

Я почувствовала себя до крайности неловко, а потому через силу улыбнулась:

— Ты ведь сказал, что не любишь напористых. А я тут…

— Славушка, — с нежностью он привлек меня к себе и поцеловал: — Никогда не сравнивай себя с кем-то еще. Ты удивительная. И единственная в своем роде.

— Технически, есть еще Яра…

Дима рассмеялся негромко:

— Я очень хочу остаться. Впустишь меня?

Разумеется, я впустила. И в квартиру, и в спальню, и в постель.

Ни о чем не пожалела.

Он был чутким, и нежным, и осторожным, мы изучали друг друга, не торопясь, чувственно, страстно. Я заводилась от его прикосновений, отметая все сомнения и неуверенность, и он раскрывался передо мной, и это было словно впервые — не друг с другом, а вообще.

Утомленная ласками, я уснула в его объятиях, чувствуя себя непривычно счастливой.

А когда я проснулась, Димы рядом не было. Внутри что-то сжалось — ушел? Получил свое и ушел, оставив меня один на один с происходящим?