Книга Беглянка, страница 78 – Велл Матрикс

Теперь уже поздно пытаться наладить отношения, что безнадежно разрушены. И, следовало признать — исключительно по его вине.

Даже то, что Шайна не бросила его умирать, ничего не значило. Он был нужен ей, чтобы выбраться из лабиринта.

— Я заметила, — не удержалась она от сарказма, прерывая размышления Шарля.

— Мне жаль, если мое поведение… или слова заставили вас так думать, — ровным тоном откликнулся он. — И, кажется, я еще не поблагодарил вас за свое спасение. Спасибо, Шайна.

— Не стоит, — отмахнулась она. — Мы с вами в одной лодке и без взаимной помощи не выплывем.

— И вы ничего не потребуете от меня за это? — удивился Шарль.

— Ох, просто выведите меня отсюда, — закатила она глаза.

Поскольку он и без того собирался это сделать, благодарностью это выступить не могло. И ведь у Шайны есть, о чем попросить в награду за спасение. Но она даже не пытается избавиться от его посягательств.

Понимает, что он откажет, и не желает видеть очередные доказательства неблагодарности?

— Если вы готовы, мы можем идти, — глухо ответил он.

— Я готова, — быстро собрав палатку, отрапортовала девушка.

И Шарль повел ее в обратный путь, мрачно размышляя о том, почему собственная подлость казалась ему чем-то приемлемым? Он ведь всегда говорил Пьеру, что убийство — это не то решение проблемы, к которому следует прибегать. И сам же без колебаний выбрал именно этот способ, легко найдя себе оправдания.

А ведь судьба сделала ему подарок, о котором он уже и мечтать не смел. Почему же он отнесся к этому дару столь пренебрежительно? Оправдывал себя любовью к Мари… но вот уже месяц Шарль не видел свою теперь уже бывшую жену. И даже не вспоминал о ней иначе, чем как об оправдании своего решения о будущем Шайны. Можно сколько угодно считать, что это эффект от ограничения узора, лишившего его влечения к Мари. Вот только, если не избавиться от запечатленной, влечение и не вернется, как и мысли о Мари, ведь она больше не будет привлекать его.

При том, что сама Мари может и не простить расставания. Так ради чего он собирался принести Шайну в жертву? Почему счел, что это единственный выход?

Намерение мерзкое и подлое, не достойное кадхаи. Есть черта, за которую просто нельзя переступать. Но Шарль оказался настолько слеп, что без раздумий шагнул за эту черту.

И ему следует все исправить, если он еще не утратил такую возможность.

Погруженный в самобичевание, Шарль шел, не обращая внимания на предмет своих сожалений. Она была рядом, а значит — в безопасности, а любой разговор снова выльется в конфронтацию. Не потому, что он настроен против нее — нет, больше нет, не после того, как она спасла его жизнь. Вот только для самой Шайны ничего не изменилось, и любые его слова она будет воспринимать в штыки. Шарлю требовались время и спокойная обстановка, чтобы обдумать, как исправить отношения с собственной запечатленной.

Потому что он больше не желал ей смерти.

И из задумчивости его вывел тихий голос девушки.

— Шарль… Простите, но мне что-то нехорошо.

Обернувшись, он увидел, что Шайна стоит, опираясь спиной о стену тоннеля, и тяжело дышит. Словно они шли не прогулочным шагом, а бежали наперегонки.

— Что с вами? — нахмурился он.

— Я… сейчас. Отдохну немного, и пойдем, — девушка сползла по стеночке на пол и закрыла глаза.