Книга Запечатлённые, страница 17 – Велл Матрикс

— Я хотел узнать кое-что, — Тео не стал тратить время на лишнюю вежливость.

Отец от него ее не ждал, а сам Тео давно перестал пытаться произвести на родителя хорошее впечатление.

— И никто другой тебе помочь не может? — холодно осведомился Рэнд.

Определенно, тратить время на сына он не желал. Теодор подавил вспыхнувшее раздражение и столь же холодно ответил:

— Иначе меня бы здесь не было.

— Спрашивай, — лаконично велел Рэнд.

Тео немного помолчал, собираясь с мыслями, и осторожно поинтересовался:

— Как можно справиться с влечением к запечатленной?

Рэнд взглянул на него удивленно:

— Ты что, нашел себе пару? Не рановато ли?

В голосе его прозвучало осуждение, словно сын сделал очередную глупость, только чтобы позлить отца.

Тео досадливо отмахнулся:

— Так сложились обстоятельства. Но мне она не нужна. Я хочу от нее ребенка и… избавиться.

Рэнд хмуро посмотрел на сына:

— Что ж… в таком случае затягивать с зачатием не стоит. Не разговаривай с ней. Не проводи с ней время. Думай о ней, как о функции. Перед соитием используй зелье забвения. Едва забеременеет, больше никаких с ней контактов.

Тео выслушал совет отца, невольно стиснув кулаки:

— Так ты обращался с моей матерью?

Тема запечатленной Рэнда всегда была табу в семье. И прося отца о помощи, Тео как-то не подумал, что тот озвучит свой опыт. С женщиной, давшей жизнь Теодору.

— Твоя мать — Грация, — строго ответил отец. — Она вырастила тебя, как родного!

— Да-да, конечно, — зло усмехнулся Тео.

Он бы даже поверил, если бы не видел, как Грация растила действительно родного сына.

— Не смей неуважительно отзываться о Грации, — хмуро велел Рэнд. — Она заменила тебе мать, которая ненавидела тебя еще до зачатия, и умерла, проклиная тебя. Твоя биологическая мать заслуживала того отношения, которое получила. Будь у нее возможность, она бы избавилась от тебя еще до твоего рождения.

Каждое слово отца будто нож врезалось в сердце Тео. Он ничего не знал о матери, кроме того, что она умерла, дав ему жизнь. В семье было не принято говорить об этом, и вдруг выяснить, что он был ненавидим не только отцом, но и собственной матерью, оказалось для Тео настоящим потрясением.

И хорошо, что это не произошло раньше, когда он мог с этим знанием просто не справиться. Но отец и не думал его жалеть. Любви к ребенку, рожденному ненавистной запечатленной, Рэнд Вайнхаи определенно не испытывал.

Впрочем, как раз это секретом для Тео никогда не являлось.

— Значит, это поможет не окрепнуть связи? — он взял себя в руки и вернулся к первоначальному вопросу.

— Да. Но это нелегко. Тебе потребуется вся сила воли. Не будь у меня Грации, вряд ли я справился бы. Впрочем, даже укрепившаяся связь не мешает избавиться от запечатленной, если она перестала тебя устраивать. Это все, что ты хотел узнать?

— Да, — коротко выдохнул Тео. — Спасибо, отец.

Ссориться он не хотел. Да и смысла не видел. Как бы отец к нему не относился, зла он сыну не желал.

Тео решил, что сделает все в точности, как посоветовал отец. Все равно девица, посмевшая напасть на Оливию, только чтобы заполучить кадхаи, иного отношения не заслуживала. В любом случае, она будет ненавидеть его ребенка, точно так же, как самого Тео — его мать.

Неожиданной проблемой во всей этой ситуации стала Оливия. Девушка будто не замечала трудностей Тео и старательно делала вид, словно ничего не изменилось. Она лезла к Тео с поцелуями и объятиями, заставляя его морщиться от боли, извинялась, что якобы забыла, и вновь причиняла ему боль. Он не думал, что это случайно, но считал, что у нее есть право на эту мелкую месть. Все же трудно смириться с изменой, даже если понимаешь ее причины. Но где-то в глубине души ощущал смутное недовольство. Они ведь договорились. Она согласилась простить его. И при этом продолжала мстить. А ведь ему и так было нелегко. Но, разумеется, Тео ни за что бы не признал это вслух.