Книга Запечатлённые, страница 27 – Велл Матрикс

А в доме нет воды. И запечатленная сутки не могла добраться до колодца.

Конечно, Тео не собирался облегчать жизнь запечатленной, но причинять вред ее здоровью не планировал. Все-таки она должна родить ему здорового наследника. Просто он совершенно забыл о собаках.

По-хорошему следовало бы познакомить девчонку с псами, но возвращаться в дом не хотелось. То есть хотелось слишком сильно, и Тео боялся не справиться с искушением. Поэтому решил отложить знакомство до завтра и просто оставить собак на цепи.

Дома он первым делом полез в каталог модного магазина. Обращаться к родителям девчонки он не собирался, но ее аргументы по поводу требуемого принял. Ему действительно стоило бы позволить ей собрать вещи.

Тео умел признавать свои ошибки. И погрузился в покупки. Это оказалось неожиданно интересно, выбирать одежду для девушки. Он помнил ее параметры и без проблем мог прикинуть, как на ней будет смотреться та или иная модель. Платья, блузки, брюки, нижнее белье… много нижнего белья. А еще ночные сорочки, домашние халаты, теплые вещи на все случаи жизни. Обувь, даже шарфы и шапки. Опомнился Тео, только когда ему напомнили об ужине. И озадаченно переключился на корзину, где обнаружилось не меньше сотни наименований. Выбирать из уже выбранного было лень, он оплатил весь заказ, купил сумку и фонарь и отправился ужинать.

В детстве Тео не решался игнорировать семейные встречи за столом, но теперь старательно их избегал. Поэтому и не торопился, чтобы поужинать в одиночестве.

Но в обеденной его ждала Грация.

В целом Теодор понимал отца. Грация была ослепительно красива, хорошо воспитана и умна, принадлежала знатной семье и никогда не теряла достоинства. Великолепная королева рода Вайнхаи. Но Тео знал, какой нежной и любящей может быть эта красивая и холодная женщина — она никогда не прятала любовь к родному сыну. Было время, когда Тео мечтал, чтобы и к нему она относилась так же. Но эти мечты давно умерли, и в его жизни Грация больше не принимала никакого участия. Тем страннее было обнаружить ее здесь.

— Ты что-то хотела? — удивился он.

— Только узнать, как ты поживаешь, — она улыбнулась. — В последнее время мы почти не общаемся. Я беспокоюсь о тебе, Теодор.

— С каких это пор? — равнодушно осведомился он.

— Всегда, Теодор, — строго ответила Грация. — Ты мой сын, и заботиться о тебе — мой долг.

— Брось. Я не ребенок, чтобы обо мне заботиться. Что тебе?

Грация позволила себе слегка нахмуриться, выражая недовольство его словами, но возражать не стала. Воспитывать его было уже поздно, а в привязанность семьи он не верил.

— Твой отец сказал, что ты обзавелся запечатленной.

Тео закатил глаза:

— Это никого не касается.

— Ошибаешься. Ты ведь думаешь о ребенке, верно? Но разве ты готов заботиться о ребенке? Кто займется его воспитанием? Обучением? Уходом за ним, в конце концов? Ты собрался привести в этот дом младенца, и заявляешь, что это никого не касается!

— Я сам разберусь, — огрызнулся Тео.

Потому что Грация была права, и, пытаясь спасти личную жизнь, он совершенно не думал о том, что будет с ребенком, которого он столь опрометчиво решил завести.

Но у него имелось время, чтобы все обдумать.

— Твой отец подошел к вопросу наследника весьма обдуманно, будучи уже взрослым состоявшимся человеком.