Книга Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть, страница 27 – Анна и Валентина Верещагины

Благодаря множеству разных дорожек, мы беспрепятственно прогуливались и иногда останавливались, если принцессе становилось любопытно что-либо.

Помимо рыбок в бассейне на деревьях в саду сидели птицы. На их лапах были золотые браслеты на цепочках, что крепились к веткам, предотвращая побег.

Они невероятно красивы. Их перья переливались на солнце, а когда они распахивают крылья, тревожа вокруг себя ветер, выглядят поистине сказочно.

— Вот, держите, Ваше Высочество, − подсуетилась Тори и подала серебряный фужер Пенелопе.

— Почему они из серебра?

На озадаченный вопрос я быстро нашла ответ и, когда поняла, что никто из фрейлин не ответит, сказала:

— Серебро чернеет, если напиток отравлен.

— Ах!

Испуганно захлопали ресницами девушки, а принцесса осторожно заглянула внутрь фужера.

— Видимо, тут принято пользовать серебряной посудой во избежания нежелательных смертей.

— Откуда вы знаете, мисс Эрскин? − спросила Миления Таян.

Я не хотела отвечать на этот вопрос, но под пристальным взглядом Пенелопы пришлось.

— Один человек как-то поведал об этом. Я даже не помню, кто именно... Запомнилось почему-то.

Расплывчато ответила я.

Не скажу же я, что: королева втихую травила бабушку и благодаря яду избавилась от матери Дианы.

Сама того не заметила, как поникла из-за раздумий. Ведь Дэльвира тоже выбрала яд. Надеюсь, меня не постигнет та же участь...

— Кя-я-я! Кхр! Ки-и...

От пронзительного визга одной из птиц меня одолел ужас.

— Боже, что случилось!?

— Принцесса... Что это...?

Я обернулась на голос одной из фрейлин и увидела, как перед нами в нескольких метрах происходит что-то ужасное.

Обзор закрывала Тори, что отчаянно прикрывала Пенелопу своим телом, тогда как сестры Таян испуганно жались к кустам. Я стояла позади всех и, когда страшные звуки ломающихся костей и рвущейся плоти стихли, наконец увидела огромную кошку.

Страх захлестнул меня. В голове тут же вспыхнули воспоминания той охоты, когда меня чуть не разорвала дикая пума.

Руки дрожали, а тело отказывалось двигаться.

— Принцесса, − шептала Тори. − Медленно отходите назад.

Пенелопа послушалась свою фрейлину, и, когда девушки уже скрылись за моей спиной, я смогла немного сдвинуть ногу назад.

Феликс, где же ты, когда так нужен!?

Я знала, что его тут быть не может, но не переставала мысленно звать его. Мне было ужасно страшно перед этим созданием, что в открытую наслаждалось поеданием только что убитой птицы. Пятнистая шкура и заметные мышцы животного доказывали, что перед нами леопард, ибо гепарды более спортивного телосложения.

— Ах! − вскликнула Пенелопа, когда, запутавшись в подоле своего платья, упала на землю.

Животное, испачканное кровью и перьями, довольно урчало, но стоило нам нарушить его спокойствие, хищник повернул голову. Острый взгляд желтых глаз пронзил меня насквозь, и я снова застыла на месте.

— Рр-р-р...

— А-а-а! Помогите кто-нибудь! Здесь... здесь! А-а-а!

Завопили сестры Таян и бросились бежать. Я даже не могла повернуть головы, чтобы понять, как далеко Пенелопа и Тори стоят от меня, так как хищник предупреждающе зашипел и начал медленно наступать.

— С-стой... − отчаянно говорила я. − Нет. Нельзя...

Если подумать логически, просто так в саду не гулял бы хищник. Видимо, у ферзенцев странные предпочтения. Вместо собачки и кошечки заводить вот таких монстров. Но не это натолкнуло меня на подобное предположение, а то, что у леопарда был увесистый ошейник с золотой бляшкой.