Книга Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть, страница 98 – Анна и Валентина Верещагины

Я и Диана близки? Даже мыши, пробежавший мимо, засмеются.

— Близки? Настолько сблизились, что за несколько встреч в вас разгорелся дух самоотверженности? Чушь какая.

Я не спешила с ответом, так как была на гране разоблачения.

— Эти встречи были настолько важными и значимыми, что их стало достаточно для самоотверженности.

— Ложь.

— Почему вы не верите мне?

— Потому что этого не может быть.

— Вам, герцог, не может быть известно всё. — добавила я обиды. — Особенно обо всех моих связях...

— Действительно... — его взгляд приобрел жесткость от чего я поежилась. — Я могу лишь догадываться о ваших связях.

Двусмысленный ответ резал без ножа.

— Мисс Эрскин оказалась очень теплым человеком, и мы смогли найти что-то общее...

— Она та, кто никому не открывает своего сердца. — без смущения он перебил меня. — И вы думаете, что я поверю в эту чушь о вашем сближении? Хах!

Вполне разумно, что Ноа отказывался мне верить. Ведь Диана его невеста...

Мне было не так просто сблизиться с ним. Поэтому я ни за что не могу потерять его ничтожное доверие и ту тонкую нить, что связывала нас дружбой... Смешно, ведь это даже дружбой назвать нельзя.

— Я пыталась защитить её из-за теплых к вам чувств!

— ….Вы.

— Я не смогла допустить её смерти из-за вас! А самое ужасное, что я в какой-то момент захотела, чтобы она умерла, но испугалась этих мыслей.

Чем больше я говорила, тем сильнее я замерзала под его взглядом.

Если обильнее подливать масло в огонь, то вскипающие эмоции, как вода из фонтана, слетят с уст.

— Вы видите лишь её, тогда как я вижу лишь вас. Это мучительная боль... Я спасла её в надежде, что вы обратите на меня свой взгляд, хотя бы на секунду дольше обычного.

Каждое вырывающееся слово, напоминавшее жуткий звук царапания по доске, казалось, пронзало его сердце.

— Неужели вы не видите, как мне больно, когда я вижу ваш нежный взгляд, что адресован не мне...

— ... Принцесса.

Герцог выглядел шокированным, но не удивленным. Его взгляд, пропитанный печалью и виной от предстоящего отказа мне, я сумела опередить самым вопиющим для принцессы Дарсии жестом.

Всего один шаг и новая волна ветра мне в спину подтолкнула меня к нему навстречу. Обхватив его лицо руками и встав на носочки, я прильнула к его губам.

Пусть меня отвергнут. Пусть мне будет больно, но я хочу хотябы один раз украсть с его губ этот долгожданный поцелуй.

Пальто соскальзывало с моих плеч, но крепкие руки вовремя подхватили его и натянули одеяние обратно, укрывая. Ноа не отталкивал меня, напротив, позволил этой краже свершиться. Мужчина покрепче ухватился за края воротника и прижал меня ближе, позволяя неумело целовать его.

Я позволила слезам течь по щекам, а когда отпустила Ноа, не смогла взглянуть ему в глаза.

— Есть некоторые вещи, от которых я не отступлюсь, Ваша Светлость и вы одна из них. Ваш отказ сильно ранит меня, но не растопчет.

Уперевшись лбом в его грудь, я тихо задрожала проливая слезы.

— Я не буду извиняться за то, что сейчас произошло и не отступлюсь. Любить вас — большая ошибка, я знаю. Но если есть малейшая возможность пробраться в ваше сердце, прошу, не отвергайте меня.

Боги, как же мне полегчало. Я высказалась...

Мои веки сами собой открылись при звуке птичьего щебета.

На удивление после отравления я могла погружаться в глубокий сон и без использования усыпляющих благовоний, что не могло не радовать мое сердечко. Полноценный спокойный сон на фоне нескончаемой нервотрепки являл собой настоящее чудо.