Книга Фанатка магистра некромантии, страница 34 – Ольга Ожогина

Он в это время набирал в ведро воды и складывал туда рыбу. Я закусила губу, сдерживая коварную улыбку, а после дерзко обрызгала Алана. Он весело посмотрел на меня, отставил ведро в сторону и тоже зашел в реку, нечаянно обрызгав мне подол платья, которое я зажимала в руках. Я возмущенно брызнула на него в ответ. И не прошло и двух минут, как мы, хохоча, облили друг друга с ног до головы и замерзшие пошли на берег греться. Это платье, к счастью, не было таким бесстыдным, как сорочка, только зеленая ткань потемнела и потяжелела от воды и теперь путалась в ногах, мешая идти.

Алан меня еще жалел, больше всего досталось юбке. Он же был мокрым полностью. Зато не жарко.

Я тщательно отжала подол платья, Алан просто ждал отвернувшись.

— Пойдем? — спросила я, невольно любуясь поджарой фигурой парня, просвечивающей сквозь ставшую полупрозрачной от воды рубашку.

Алан обернулся и с улыбкой кивнул. Такое расслабленное выражение лица шло ему куда больше угрюмого.

В этот раз я решила не бездельничать и вызвалась варить суп. Алан же разделал рыбу и большую часть мяса отложил для того, чтобы запечь на углях, когда дрова в печи прогорят. Признаться честно, меня кулинарные способности Алана немного ввергали в ступор. В хорошем смысле слова. Прежде я не видела мужчин, проявляющих хоть какую-то инициативу в ведении домашнего хозяйства, а на кухне их даже и представить было сложно. Здесь же Алан взял все на себя, я лишь немного помогала, да и то больше номинально.

В этот раз я решила проявить чудеса самостоятельности и смогла отыскать в заброшенном саду дикий лук.

Когда я возвращалась в дом, со стороны дороги послышались возбужденные голоса. Я юркнула на кухню.

— Кто-то сюда идет, — испуганно сообщила я Алану.

Он выглянул в мутное от грязи маленькое окошко. Его спина напряглась. Я тоже посмотрела.

К дому подходили сегодняшние парни в компании еще десятка других.

— Может, пересидим тут? — предложила я. — Они боятся заходить в этот дом, даже утварь вон не растащили за все годы.

Алан кивнул, с натугой поднял уже вросшую в землю рассохшуюся дверь и закрыл, задвинув ржавый засов.

— Если они все же решатся зайти, то смогут сделать это через любое окно, — сказал он и подпер стулом дверь, ведущую в жилую часть дома.

Наши вещи еще утром перекочевали сюда. Надеюсь, будет достаточно просто пересидеть.

Снаружи послышались ругательства. Алана обвиняли в трусости и пытались взять на «слабо». Но он спокойно убрал кипящий суп в подвал и велел мне тоже там спрятаться.

В окно заглянуло конопатое лицо самого смелого.

— Прячутся! — сказал он возмущенно товарищам.

Поток брани стал злее. Алан встал на входе в подвал. Я, напряженно сцепив пальцы, смотрела на его напряженную спину и лицо вполоборота. Парень внимательно смотрел в окно.

Снаружи раздавались уже выкрики, а затем зазвенело разбившееся стекло и глухой удар по полу. В окно бросили камень.

— Выходи! — кричали Алану. — Извинишься и отпустим!

Он собирался было выйти, но я вцепилась в его рубашку.

— Прокричат и уйдут, — сказала я испуганно.

Алан посмотрел на мои побелевшие от усилий ладони и смятую тонкую ткань рубашки в них.

— Ничего там страшного не случится, — сказал он успокаивающе и попытался отцепить их, но я не собиралась так просто сдаваться.