Книга Измена, месть, или Вторая попытка Виолки, страница 114 – Тиана Альтер

— Отец. — Слово вышло хриплым комом, застрявшим в горле. Рейнер физически ощутил тошноту, но проглотил её, заставив голос звучать ровно, почти плоско. — Остановись. Не слишком ли много мёртвых женщин на одну семью? Неужели ты хочешь, чтобы опять поползли слухи?

Пока Алькор-старший молчал, Рейнеру казалось, что он оглохнет от кряхтения и всхлипов Элиры, доносившихся сзади.

— Ты прав, — Лазар отпустил Виолку, и Рейнер услышал мягкий шлепок. Но не смог отвести взгляд от отца, которого приравнивал к дикому зверю и не собирался поворачиваться к нему спиной.

— В общем, Эдгар, я доволен, — старший Алькор первым отвернулся от сына и направился к выходу из кабинета. — Девочку подобрал сильную, прогресс Рейнера тоже заметен. Продолжайте в том же духе и ждите меня на экзамене.

Щелчок закрывающейся двери будто вернул в кабинет кислород. Рейнер смог вздохнуть и лишь когда в коридоре затихли твёрдые, размеренные шаги, он обернулся и кинулся к Элире, лежавшей на полу без сознания.

Алькор опустился на колени, приложил ладонь к её губам и уловил слабое, прерывистое дуновение. Два пальца, прижатые к её шее, почувствовали под кожей частый, настойчивый пульс. Жива.

За его спиной Лука что-то проговорил, но слова не долетели. В тягостной тишине кабинета слышались только сдавленные всхлипы капитана Краста. Нужно было убираться отсюда. Сейчас же. Не раздумывая, Алькор подсунул одну руку под колени Элиры, другую под спину и поднял её.

Повернувшись, он направился к выходу. Лука бросился вперёд, распахнул дверь и замер в проёме. Рейнер прошёл мимо, не глядя на друга. Тот тут же засеменил следом, явно собираясь что-то сказать, но так и не решившись вымолвить ни слова.

Быстрые шаги эхом разносились по коридору. Алькор сворачивал в самые глухие переходы, где редко можно было встретить студентов. Стараясь избежать лишних глаз, вопросов и шёпотков за спиной. Единственное, что имело значение, кратчайший путь до её комнаты в общежитии. Нести её в лазарет через пол-академии было безумием, а медсестру можно было вызвать и на место.

Когда они спускались по лестнице в подземный коридор, рука Элиры безвольно соскользнула, и из-под рукава пиджака выглянул край знакомой белой повязки.

Опять. Опять она ранена. И снова из-за меня. Эти мысли вонзились в голову и ребра, сначала обдавая болью и холодом, а потом перерастая в тошнотворный жар. Рейнер почувствовал знакомую горечь, злость на себя и это всепоглощающее, унизительное бессилие. Не смог защитить. Снова.

И тут же мысль метнулась дальше, к человеку, которого он тоже не спас.

К матери.

В памяти с мучительной чёткостью всплыли её яркие, тёплые глаза, какими он помнил их с детства. Потом он ясно увидел, как этот свет с каждым годом мерк, тускнел и наконец угас полностью.

Он не просто не спас маму, он сам её погубил. Именно Рейнер, наследник без должной магии, не оправдавший фамильных ожиданий, стал причиной того, что Лазар потребовал от жены нового, «правильного» ребенка. А когда она не смогла этого дать, он просто вычеркнул её из своей жизни, продолжая держать рядом и не давая свободы. Он относился к ней как к сломанной вещи годами, пока та, измотанная до предела, не покончила с собой.

Если мы с Элирой будем вместе, она всегда будет в опасности. Я не смогу защитить её от него.