Книга Измена, месть, или Вторая попытка Виолки, страница 25 – Тиана Альтер

Но и как раньше — нельзя. Я больше не могу. Не хочу снова довериться ему, не стоит подпускать его слишком близко.

Пока я лихорадочно соображала, Морен, похоже, принял это за неловкое согласие. Его рука с моей щеки скользнула к шее, коснулась ключицы и оттянула ворот рубашки.

— Нет, — опомнилась и убрала с себя его ладонь, — мне надо идти, у меня подготовка, экзамены!

— Экзамены, — он усмехнулся уголком губ, — это не самое главное.

— Правда! — я дернулась. — А что тогда, что самое главное?

— Семья.

Ах, семья! Плавали, знаем, как тебе важна семья! И ведь в той жизни тоже самое говорил, подлец!

— Знаешь, мне всё же важнее учеба.

— Эли, я понимаю, что ты хочешь всё сама, но я ведь могу о тебе позаботиться. Я буду рядом. — Он снова потянул руку ко мне.

Я вздрогнула.

— И всё, же, я думаю, такие отношения будут меня отвлекать, давай подождём до моего выпуска, а потом, когда получу диплом, уже посмотрим.

— Если ты боишься того, что про нас будут болтать, не стоит. Никто ничего не узнает, можешь быть спокойна.

— Да хватит уже! Не трогай меня. — Я выскользнула из-под его руки, встала со стула и быстро пошла к двери.

Сзади раздалось недовольное цоканье и тяжёлый выдох:

— Я еще не слышал такого от тебя.

— Ну вот привыкай, сейчас у меня другие приоритеты, — отозвалась язвительно и уже хотела самодовольно выскочить из кабинета.

— Элира! — его холодный низкий голос заставил меня замереть, будто дрессированное животное, привыкшее повиноваться хозяину. Я остановилась.

За спиной раздались шаги:

— А знаешь, что будет, если ты сдашь? — шаги приближались. — Тебя, как породистую псину, выдадут за Алькора младшего. Этого хочешь?

Что?

Он шутит? Издевается? Лжёт?

— Что? Рейнер? Откуда ты знаешь?

На плечо легла тяжёлая рука:

— Прости, не удержался, я профессор, всё-таки, милая, мы обсуждали это с ректором. Эли, малышка, иди сюда. — Он попытался развернуть меня, чтобы обнять. Его запах вызвал отвращение. Сердце билось мучительно, в ушах шумела кровь. — Я не хотел кричать. Не дрожи… тише, тише, — он гладил меня по голове. — Пойми, я не могу этого допустить. Я должен тебя защитить.

Неужели он не врёт?

Язык прилип к нёбу, и я не могла произнести ни слова. Морен продолжал гладить меня по голове, словно ребёнка, только что успокоившегося после истерики.

— Я знаю, как важен тебе этот экзамен. Но у тебя есть и другой выход. Я буду с тобой, что бы ни случилось. Если не сдашь — женюсь на тебе.

«Женюсь»… слово, которое когда-то так обрадовало и поразило меня, теперь прозвучало как смертный приговор.

Надо уйти.

Повернувшись к двери, словно вырываясь из липкой ловушки, оторвала себя от Морена, и вышла из кабинета.

Он не пошел за мной, слишком дорожит репутацией, чтобы за студенткой по коридорам бегать. Это хорошо.

Но что делать с тем, что теперь у меня нет выхода? Сдам я экзамен или нет, итог один — никакой свободы не будет.

Никакой. Свободы.

Сердце больно ударилось в груди и я вздрогнула всем телом. Воздух резко закончился. Сделала вдох, но всё равно задохнулась, легкие будто стали стеклянными, казалось ещё усилие и они треснут.

— Что происходит? — я оперлась о стену, в глазах помутнело.

Я… плачу?

Слёзы тонкой плёнкой нависли на ресницах, и я почти ничего не видела.

Свободы не будет!