Книга Пункт назначения 1978, страница 59 – Виктор Громов

Это было совсем плохо. Что? Что говорить?

— Олег, так что с тобой?

Мама приблизилась вплотную, с тревогой заглянула в мои глаза, положила ладонь мне на лоб, задержала на мгновение и… пожала плечами. Лоб был холодный. Я бы мог сказать ей это и сам. Со мной было все в порядке, если только происходящее в комнате, мне не мерещится.

Но! Жутко болел прокушенный палец. Боль эта, как якорь позволяла мне удержаться на плаву, не нырнуть в бездну сомнений. А значит, все было на самом деле. Мне ничего не приснилось, не причудилось. И тень, вот она! Я глянул на зеркало. Там было пусто.

И все же решился рассказать. Пусть не всю правду. Пусть часть. Даже если выглядеть при этом буду полным идиотом. Да и хрен с ним. Знать бы только, что это спасет Ирку. Получить бы хоть каплю уверенности.

— Здесь Ира была, — сказал я.

— Здесь? — Изумился отец и обвел рукой коридор.

Коридор, как и следовало ожидать, был пуст. Никаких следов пребывания сестренки. Но я все равно подтвердил:

— Да.

Давненько мне не приходилось чувствовать себя таким дураком. На меня смотрели недоверчиво, но пока не пытались возражать. Я набрал в грудь воздуха и продолжил:

— Я проснулся, а ее нет. Зато дверь открыта. Вышел, а она стоит у зеркала и зачем-то трет его ночной рубашкой.

После этих слов, я четко осознал, что звучит мой рассказ, как бред сумасшедшего. Но останавливаться уже было поздно. И мать, и отец ждали продолжения.

— Я попробовал ее разбудить, но не смог. Она меня даже…

Я хотел сказать, что укусила, но не успел. От нашей спальни послышалось сонное:

— Вы чего не спите? Уже вставать пора?

На ярком свету Ирка часто моргала, терла кулачком глаза. Вид у нее был заспанный-заспанный.

Я бросил быстрый взгляд на ночнушку. Может хоть это? Но нет. Надета нормально, как положено. Не наизнанку, не задом наперед. Как можно одеться во сне, не просыпаясь? Как? В голове пронеслось: «Достала меня вся эта чертовщина. Скорее бы уже седьмой день. Чтобы все закончилось, чтобы вздохнуть с облегчением, чтобы выкинуть из сердца страх и забыть все, что здесь произошло, как страшный сон!»

Скорее бы…

— Ну вот, Ирочку разбудили, — расстроилась мать, — Саш, иди, уложи. А мы пока с Олегом поговорим.

Она снова глянула на меня.

— Сынок, пойдем на кухню.

Я вздохнул. Вот же попал. Было видно, что она встревожена. Хочет верить мне, только факты убеждают совсем другом. Интересно, а сам бы я на месте матери, что подумал? Было очевидно, что ничего хорошего. В лучшем случае решил, что парень лунатик, и все ему приснилось.

Я потер прокушенный палец, размышляя, сказать о нем или нет. Какое никакое, а доказательство. И сам себе задал вопрос: «Что это даст?» Ответ меня не порадовал — ничего. Решат, что сам прокусил во сне.

Сам! Это была идея. Придется все списать на сон. Самому. Чтобы не обострять ситуацию. Другого выхода для себя я не видел. Руку спрятал за спину, чтобы не шокировать мать, и пошел за ней следом на кухню. Там почему-то было открыто окно. Странно, не помню, чтобы его открывали.

Мать дождалась, пока я усядусь, после спросила аккуратно:

— Тебе что-то приснилось?

— Не знаю, мам. Теперь не знаю. Наверное, да. Я уже сам не понимаю, что произошло.

Она немного повеселела. Впрочем, ненадолго. И допрос продолжился.