Книга Пепел революции, страница 60 – Виктор Громов

— Да, да, конечно.

Они вошли в его номер и сели за стол.

— Как плавание? Все хорошо?

— Да, спасибо. Правда, я думал, что прибудем быстрее, но… все нормально.

— Отлично. Это, кстати, даже хорошо, что вы остановились здесь. Номер, — он обвел глазами комнату, — не роскошный, но по нашим скромным нынешним временам достойный. Тесновато, правда, ящики какие-то.

— Я вас слушаю, господин… ээ… простите.

— Ах, я не представился? Прошу меня извинить. Нефедов Владимир Владимирович. Помощник Феликса Дмитриевича. Ну, кто вы, я знаю, так уж вышло.

Он снова хохотнул и этот смех уже начинал действовать на нервы.

— Владимир Владимирович, слушаю вас очень внимательно. Мне самому интересно, чем я так важен человеку, с которым никогда не виделся, что со мной беседовали целых два полковника… Как их, черт… Забыл.

— Ничего, я понял. Синхронисты, — он снова хихикнул. Мы их так называем.

— Да, они. Так чем я могу служить господину подполковнику, что для меня выделили целую каюту на транспорте?

— Этого никто не знает, кроме него. А его указания не принято обсуждать. Феликс Дмитриевич сейчас отбыл на Перекоп к генералу Слащеву. Через пару-тройку дней вернется и примет вас. Его штаб в Симферополе, он не переносит толпы расфуференных глупых генералов, которые меряются своими орденами.

Слащев. Это тот генерал, о котором там ярко рассказывал старик на транспорте. Ему надо с ним повидаться и переговорить.

— Простите, а я не могу поехать на Перекоп? Если Феликс Дмитриевич срочно хочет меня видеть, то несколько часов на поезде меня совсем не пугают.

— Ну что вы! Там, в степи, вьюга, бураны, холод. Не стоит. Он скоро вернется, и мы сообщим вам, что пора посмотреть Симферополь. Пока можете отдохнуть. Нам говорили, — глаза странного коротышки неясно блеснули, — что последние дни в Одессе у вас были очень насыщенными. Да еще и ваша рана головы. Отлежитесь пока, поправите здоровье, а потом можете и ехать. Да, вагон мы вам выделим, не беспокойтесь.

— Вы со мной свяжитесь? — Кильчевскому не хотелось отпускать гостя, и он намеревался вытянуть как можно больше информации, прежде чем отпустить его.

— Может я, а может и нет. Кто знает, как будет развиваться ситуация через пару дней? Сейчас такое время, Евгений Яковлевич, что никто ничего не знает. Завтра я точно еще буду в Севастополе, а потом…

— Простите, что спрашиваю, но у меня нет никого знакомых в Крыму. Как обстановка на фронтах? Какие новости?

— Новости неутешительные, — коротышка поморщился и устало вздохнул, — чего скрывать. Могу сказать только про Крым. Офицеров — десятки тысяч, солдат — в разы меньше. Никто не хочет воевать, все стремятся командовать из штаба и подсиживают друг друга. Ну, в Одессе, думаю, примерно та же ситуация, если не хуже. Вон недавно пришел корабль и выгрузил несколько танков. Представьте, Евгений Яковлевич, танки! Их мир первый раз увидел меньше четырех лет назад, а сегодня они у нас есть. Всего много, бери да воюй. Ан-нет, все в штабах, формируют части, расформировывают, перебрасываются приказам и контрприказами. Печально все. Только одна для нас отдушина есть, генерал Слащев. Вы, должно быть, не знаете о его последнем подвиге? Это невероятно, правда.

— Расскажите, очень интересно. Не хотите кофе или коньяка? Если уж пошел у нас разговор.