Книга Радуга на запястье, страница 168 – Юлия Фирсанова

Кира але Трауля слишком уважала и потому тихо спросила у крылатой чудесницы:

— Алия, как думаешь, твой дедушка может сотворить нечто, способное нам помочь?

Крылатая внучка прихмурилась на миг-другой. Она то ли обдумывала, то ли вглядывалась в дали, неведомые обывателям, будь они хоть сто раз отличниками университета Ильреона или даже выпускниками. То ли чудесное создание вовсе пролистывало пласты вариативных реальностей, как каталог модницы. И, расплывшись в улыбке, от которой почему-то снова чуть заметно вздрогнул даже Род, обожающий свою красавицу, Алия согласилась. Аж подпрыгнула от избытка энтузиазма, захлопав в ладоши:

— Может-может! Я дедушке расскажу, ему будет интересно, и заскучать не успеет!

Договорив, Алия коснулась запястья, где переливалась радуга, и, высоко подпрыгнув, исчезла прямо в воздухе.

— Чего-то мне кажется, все пятеро на любого личного дознавателя, даже из канцелярии наместника, согласились бы для себя и для Илы. Может, не надо Алию и дедушку утруждать? – осторожно попытался дать заднюю передачу Мел.

— Поздно, – припечатала Кирана, с трудом подавив хулиганское желание разразиться смехом а-ля безумный темный гений и коварно потереть ладошки. – Процесс пошел. И вообще, такому дедушке скучать тоже опасно! Лучше творить и вытворять под присмотром.

— Не знал, что у Алии есть дедушка, – отметил декан, бывший в курсе семейных дел своих студентов. Каждого из студентов. Не из жажды патологического контроля, скорее, из-за расовой особенности восприятия. Дриадан, не знающий своих корней, считался бы ущербным.

— Теперь есть, нашла, – дал справку Род о внезапном прибавлении в семействе и присовокупил скромную ремарку, как комплимент своей любимой: – Он гений химерологии.

— Что ж, теперь понятно предложение Киры привлечь его к делу, – согласился декан и шкурно поинтересовался, переплетая пальцы в такой немыслимый узел, на какой были способны лишь конечности потомка дриаданов: – Как полагаете, получится пригласить его прочесть лекции в университете, пусть не на постоянной основе, а хотя бы цикл по ряду профессиональных тем? Разумеется, с соответствующей оплатой.

— Почему нет, – прикинула варианты Кира. – Пожилому человеку будет приятно, если его мастерство оценят по достоинству не кандалами и башней на самом краю мира, а внимательными слушателями и звонкими монетами. Внучку побалует! И опять же при деле будет!

В Ильреоне, благодаря его статусу многорасового, открытого гостям мира с многочисленными гильдиями и учебными заведениями, был отлично отлажен практически мгновенный механизм подтверждения квалификации. Речь шла об артефакте – даре Могуществ, способном с минимальными погрешностями установить уровень профессиональной пригодности гостя, коррелирующийся с ильреонским.

Достаточно было зайти в одно из зданий рядом с Храмом Могуществ, потратить пару монет и минутку-другую, чтобы подержать руку на красивом радужном шаре. После чего на поверхности артефакта проступали письмена (квалификация, профессия или перечень оных) и местный клерк заносил данные в реестр. Клиенту выдавалась бумага, заверенная печатью Могуществ. Монеты, ясное дело, шли не Могуществам, а на зарплату клеркам.

Стоила услуга сущие гроши, но была столь востребована гостями мира, желающими поработать в его пределах или потешить собственное самолюбие красивой бумагой, что приписанные к артефакту работники с хлеба на воду не перебивались. А Ильреон, как государство, получал некоторое представление о тех, кто желал поселиться или заняться в его пределах деятельностью, требующей подтверждения способностей, подчас весьма специфичных.