Книга Радуга на запястье, страница 191 – Юлия Фирсанова

— Пусть, – не увидел ничего криминального в дреме на своем диване дриадан, а потом ему и вовсе стало не до помощницы.

Ториал широко распахнул глаза и восторженно выдохнул:

— О-о-о! Милая моя скромница, да ты решила меня удивить! Я и не чаял узреть тебя в столь нежном великолепии! Моя драгоценная малышка, сколь ты прекрасна! Нежный розовый шелк…

Команда, да что команда, даже Трауль взирали на потомка дриаданов в состоянии легкого шока. Вроде бы только все выяснили, что он не мужчина и питать романтические чувства к женщине не способен. А сейчас словно каким-то тумблером щелкнули, и из але Фрауста поперла романтичная бредовость, свойственная влюбленным. Кто ж знал, что але настолько без ума от своей же секретарши?

Массовое удивление, впрочем, не продлилось долее нескольких секунд. Стоило только Ториалу, восторженно сияя ореховым взором, сделать шаг, простирая руки не к спящей на диване пампушечке але Шальм с очаровательными ушками-кисточками, а к громадной бочкообразной келатонии.

Именно на начавший раскрываться бутон обрушил поток восторженного восхищения декан. И все тут же с облегчением выдохнули: «А, нет, все в порядке, никаких великих законов Вселенной не нарушено, дриадан любуется цветочком». А то, что такому цветочку впору в триллерах в главной роли сниматься, это частности, дриаданского образа мыслей не ниспровергающие.

Благодарности за помощь от але Ториала хоть и были вполне искренними, но все видели: главное, что сейчас интересует декана, – это расцветший экзот. Потому не стали мешать. В конце концов, каждый сходит с ума по-своему и минутку-другую личного счастья потомок дриаданов вполне заслужил.

Уже в коридоре Род мотнул головой, как бычок, отгоняющий надоедливую муху, встал столбом и выпалил:

— Я не понимаю. Не слишком ли ведьма легко отделалась после того, как едва наших ребят не угробила?

— Родгард, эта ведьма окончила Оверту, – мягко отметил Трауль, сам пребывая в некой задумчивости. Начиная охоту, паладин с большой долей вероятности допускал, что столкнулся с бракованным экземпляром, у которого все установки пошли вразнос. Решение такой проблемы было лишь одно – экстренная ликвидация. Но, к счастью, он ошибся. – Дайара и ее сестры следуют путями познания и всегда выбирают лучшую тропу не только для себя, но и для тех, к чьей жизни становятся причастны. Отследить эти дороги неступившим на них сложно. Но знай одно: явного зла они не чинят, не способны причинить, потому что каждый шаг истинной ведьмы из Оверты толкает тех, кто оказывается рядом, на нужный путь. Они не видят и не делают логических выкладок, но чувствуют и, чувствуя, делают.

— Тогда вообще не понимаю, если она видит и чувствует, как правильно и надо, чего ж такого с деканом натворила? Или это тоже все верно? – почти растерялся Родгард, запутавшись в сумасшедших сплетениях логики нелогичных действий.

Альрау же лишь поморщился. Опять у него, похоже, начиналась мигрень от глупостей окружающего мира. И почему все женщины не могут быть хоть вполовину такими разумными, как Кирана? То и дело готовы наворотить глупостей, да такую безобразную кучу, которую еще попробуй распутай.

Вообще-то по самолюбию било изрядно. То дело с мелкими диверсиями в рабочей зале команды але Мрайс, повлекшее за собой глобальный сбой с разрушением рабочего кристалла, оказалось на поверку куда крупнее. И але Креейл с ним не справился. Только сейчас он мог видеть все сплетения клубка интриг. Хотелось верить, что и паладин тоже бы не смог разобраться, окажись у него на руках лишь те данные, которыми владел обрис. Но гарантированно это Альрау утверждать бы не стал. Трауль вечно творил невозможное и бывал порой, с точки зрения противников, да и союзников, очень неудобно нелогичным. И за века службы Могуществам Мира накопил колоссальный багаж опыта. Вот сейчас он не догадывался, а знал точно, что и как там происходит с ведьмами.