Книга Измена. Брак закончен, страница 8 – Аида Янг

— Я хочу всё исправить, — сказал он, когда дети убежали одеваться. — Ради них. Ради нас.

— Исправить? После всего?

— Я закончу эти… отношения. Ты права. Это ошибка.

Он говорил уверенно, но глаза бегали. Я слушала и пыталась поверить. Потому что хотелось верить. Хоть зацепиться за что-то.

— Если хоть раз ещё увижу ложь, — сказала я тихо, — всё. Никаких разговоров.

Он кивнул.

День прошёл как обычно. Садик, дети, уроки. Вечером Олег вернулся пораньше, помогал Лёве собирать конструктор. Я стояла у плиты и думала: может, действительно всё обойдётся?

И в этот момент зазвонил его телефон, оставленный на столе. Экран засветился: «Алина».

Я замерла. Он тоже. Подскочил, схватил телефон. Но я успела.

— Отдай, — сказала я и вырвала его из рук.

Сообщение на экране: «Жду тебя завтра. Ты обещал».

Олег побледнел.

— Марина, это…

Я нажала «вызов». Трубка зазвонила. На том конце ответили почти сразу:

— Алло, милый?

Я молчала.

— Ты слышишь? — голос был молодой, нарочито нежный. Потом пауза. — Это жена, да?

Я сжала зубы.

— Слушай внимательно, девочка. Больше никогда не звони сюда. У него семья.

Она рассмеялась. Легко, звонко, как будто это шутка.

— Семья? А он разве не говорил, что хочет свободы?

— Замолчи! — выкрикнула я и бросила телефон на стол.

Олег схватил его, отключил. В комнате повисла мёртвая тишина.

— Так вот как ты «заканчиваешь отношения»? — голос мой сорвался. — Она звонит тебе домой, при мне, и смеётся!

— Я собирался… — начал он, но я перебила:

— Замолчи!

Я почувствовала, как дрожат руки. Слезы жгли глаза, но я держалась. Не хотела плакать при нём.

Дети выглянули из комнаты.

— Мам, вы что? — Вера тревожно смотрела то на меня, то на отца.

— Всё хорошо, солнышко, — выдавила я. — Идите, смотрите мультики.

Они ушли, но я знала: слышали всё.

Олег тихо сказал:

— Марина, я запутался. Дай мне время.

— Время? — я горько усмехнулась. — Ты уже всё время потратил. И вместе с ним — моё доверие.

Я отвернулась к окну, чтобы он не видел моё лицо. А внутри всё ломалось. Потому что именно сейчас я поняла: удержать семью невозможно. Она рухнула. Просто я ещё боялась это признать.

На следующий день он вернулся поздно вечером. Я сидела на кухне в тишине, дети давно спали. На столе — холодный ужин, которого он так и не дождался.

Олег вошёл, бросил ключи, снял пальто и сразу заметил моё лицо.

— Ты опять злишься?

— Нет. — Я говорила ровно. — Я решила.

— Что именно?

Я встала, подошла ближе.

— Ты уходишь. Сегодня.

Он нахмурился.

— С ума сошла?

— Нет. — Я выпрямилась. — Сумка у двери. Я собрала.

Он обернулся — и правда, у двери стоял его спортивный баул. Я ещё днём бросала туда рубашки, носки, бритвенные принадлежности. Всё самое необходимое.

— Ты не имеешь права! — резко сказал он. — Это и мой дом тоже.

— И мои дети тоже. Но ты почему-то выбрал чужую женщину. Так что теперь — выбирай окончательно.

Он сжал челюсти.

— Марина, я не собирался уходить. Это просто… ошибочный поворот.

— Ошибка — это когда соль пересыпал в суп. — Голос мой дрогнул. — А ты предал семью. Тут не исправишь.

Он сделал шаг ко мне, положил руки на плечи.

— Давай попробуем ещё раз. Ради детей.

Я оттолкнула его руки.

— Ради детей? Они уже слышат, как их отец врёт. Думаешь, это меньшее зло?

Мы смотрели друг на друга. Я чувствовала, как внутри копится ярость и одновременно поднимается что-то вроде облегчения: решение принято.