Книга Наложница Девятихвостого лиса, страница 41 – Ирен Эшли

— Не от кого не зависеть. Хочу, чтобы моя жизнь была только моей, чтобы больше никто не имел право распоряжаться ею, как распоряжаются сейчас.

— И? — с ехидством ухмыльнулся Вейшенг. Я насупилась. — Светлые могут дать тебе это? — иронично добавил он. Вопрос выбил из колеи, я поморгала и опустила взор. Лис ответил сам: — нет. Тогда следующий вопрос, — девятихвостый заставил меня взглянуть на него, ловко подцепив за подбородок, — если я просто оставлю тебя в лесу, одну, но «свободную», ты по-настоящему станешь счастлива? — Я бываю наивной, но я точно не глупая. Семи пядей во лбу не надо, чтобы здраво осознать: сама я никогда не справлюсь. Один в поле, всё-таки, не воин. На этот вопрос Вейшенг ответил так же: — нет. — На устах демона расцвело коварство. — И третий вопрос… — Вейшенг сделал недолгую паузу, а после плотоядно произнес: — а в рядах демонов ты сможешь обрести чувство свободы?

Наверное, нет ничего хуже задуматься над правдивостью демонических речей, уловить в них правильную логику и поддаться влиянию…

Я снова посмотрела на Вейшенга — на могущественного демона, отнявшего у меня всё и подарившего столько же. Глаза цвета океанских глубин, в которых отражались атласные ленты северных сияний. Взгляд пленил, затягивал.

Я тяжело втянула воздух, задержала в грудной клетке, вспоминая о страшных событиях, которые тянулись за демонами длинным шлейфом. И невольно подметила, что, думая об этом, слышала эхом из сотни голосов чужие мысли, чужие проклятья, чужую ненависть… Это они боялись демонов, но не я… Будучи околдованной и связанной с Вейшенгом красными нитями страсти, я… давно перестала бояться.

Я его ждала…

Тонкая грань между ненавистью и теплыми чувствами. Не любовью, другое… Но балансировать становилось с каждым днем сложнее, а в сердце пускала корни мысль о том, что натянутая грань веревки приведет к непоправимой ошибке: демон всё же заберет мою душу. Вейшенг — моя личная, изощренная погибель, мой грех, мой роковой однажды оступ. Он усмехался, рассматривая меня, потому что знал: я останусь среди демонов по собственной воле; останусь, успокаивая себя мыслью о неизбежном, буду твердить о невозможности сделать выбор и глупо понимать, но не признаваться вслух: остаться с ним — мой выбор тоже.

— Видишь, запуталась, — негромко произнес Вейшенг, полностью убежденный в правоте слов. Я промолчала; поддерживая за локоток, повелитель помог мне встать. Будучи затерянной в бесконечном потоке мыслей, я двигалась машинально, пустыми глазами глядела перед собой. Отрешенная и потерянная.

— Повелитель задал тебе вопро…

— Тай, — Вейшенг смерил демона взглядом, — прекрати. Аи уже есть над чем подумать.

Лис провел ладонью по моим лопаткам, легонько подтолкнул вперед — к тэнгу; приказал:

— Я дам на размышления ещё один день. Завтра вечером либо Аи становится на нашу сторону, либо… становится пленницей по-настоящему. Достаточно игр.

Сердце сжалось. Слова Вейшенга прозвучали как угроза…

— Будь благодарна, — грубо сказал тэнгу мне на ухо, сжал предплечье и поволок за собой.

Я устало обернулась. Вейшенг стоял и плотоядно усмехался, пристально глядя нам вслед. От его взгляда мурашки бежали по коже острыми иглами… Я вздрогнула и отвернулась.

Когда мы достаточно далеко отошли от палатки девятихвостого лиса, Тай грубо одернул меня и силой впечатал в широкий ствол дуба, я ахнула; сам тэнгу застыл мрачной скалой напротив. Глазища маски вонзились в меня стрелами. Я воззрилась так, словно смотрела в настоящие глаза демона-ворона. И там, в небольших щелях искусственных зрачков я видела уже знакомый янтарный блеск.