Книга Вспомнить нас, страница 68 – Читай DRAGONFLY

А мы разве не на собрании пересеклись с ним впервые?

«— Я Роман, — словно само собой разумеющееся выдал он.

— Мы знакомы?

— Теперь да.»

ВСПОМИНАЙ, БАШКА ТУПОРЫЛАЯ! ОТКУДА ОН ВЗЯЛСЯ?

Неужели это, блин, важно?

Я поднялась из-за стола и беззвучно подошла к двери. Люба, такая ничтожная, придерживающая живот, плотно обтянутый резинкой домашних штанов, сдавленно пискнула:

— Ты куда?!

— Закрыть.

Осторожно провёрнутая защёлка издала тихий звук, потонувший в разговорах включенного батей телевизора. Я едва слышно вдохнула, подошла ближе к Любе и зашептала:

— Рома знает?

Она мотнула головой. Я бы этому безмозглому опарышу тоже не доверяла.

— Мама?

Конечно, нет.

— Хоть кто-то?

Люба посмотрела на меня жалобно, и я с прицепом рефлекторной к ней злобы, полным отсутствием доверия и глубочайшей растерянностью осознала, что единственная в теме.

Что её сподвигло довериться мне? Замухрышке, которую она гнобила и притесняла с первого дня знакомства. Что ей стоило нагрубить, соврать? Я бы не заподозрила. О таком помыслить невозможно, когда голова занята отчислением.

Люба хочет со мной дружить?

К сожалению, я не зарабатываю и не смогу оплачивать ей походы к врачу, съёмное жильё или подгузники. Даже с алиби перед родителями не помогу — от офицера в запасе не скроешься. К чему рисковать такими откровениями, раз я не имею никакой практической пользы?

Я сглотнула кислую слюну, переполнившую рот, и забегала взглядом по тёмному полу.

Общение с Боженой меня научило кое-чему. Только я бы не стала сближаться с Любой. Не думаю, что это безопасно.

Бывает, когда близок к пробуждению, силой воли влияешь на сон. Пресекаешь все ужасы. Я надеялась, наконец, «свернуть» на светлую линию и увидеть родителей. Но вдруг очнулась в ночи от оглушительного телефонного звонка. Его эхо разлетелось куда-то вперёд, в глубину и далеко за спину.

Мрак, словно выкололи глаза. Запах сырости, влажное тепло неприятно касалось кожи.

Я громко сглотнула и решилась наощупь залезть в карман спортивок. Там настырно вибрировало по бедру. Только руки, оказалось, сжимали что-то объёмное и ребристое.

По вспотевшему лбу стекла капля.

Засунув прямоугольную вещь подмышку, я протиснулась за мобильником и случайно его выронила. Тот громко ударился об пол. Ослепил лицо, оставшись лежать под ногами горящим экраном вверх.

Треснул, но продолжал звонить.

Я попривыкла к резкому свету и пиликанью, словно в ужастике. Обнаружила, что штукенция в моих неуверенных руках — плата, и боязно нагнулась за телефоном.

Теперь он был влажный, извалявшийся в какой-то луже неопределённого происхождения, пыльный, с хрустящим битым стеклом, но до сих пор недостаточно мощный, чтобы осветить всё пространство вокруг.

Что это за место? Воняло плесенью.

Я поднесла динамик к уху, так и не разобрав имени звонящего.

— Алло? Кто это?!

Надеюсь, не Безухий. Он молчаливо наблюдал за нами с Любой с тумбочки этой ночью.

Любимый голос-радио ответил размеренно:

— Алин. Я их отвлёк и забрал ключи. У тебя есть минут пять, не больше. Жду на втором этаже.

Я взволновалась от восторга.

— ДИМА!

Эхо заставило съёжиться. ОН ИХ ОТВЛЁК, чтобы это не значило! Я так соскучилась! Я иду к тебе… Двинулась прямо в темноту, не разбирая дороги.

Под ногами захрустело и зачавкало.