Книга (Не) влюбиться в (с)нежного дракона, страница 2 – Арина Лефлер

У него была своя «реношка», подаренная родителями на окончание театрального института. У меня своей машины не было, родители и так едва сводили концы с концами в провинциальном городишке.

Но зато… у меня была мировая родная тетка. Она оставляла мне ключи от машины и загородного дома, за это просила поливать белую гортензию в гостиной, единственный цветок на все два этажа и мансарду, и ставить на задней террасе блюдечко с молоком ежику, который жил много лет в ее саду.

Естественно, когда ежик находился не в спячке.

Только во время кормления необходимо было отгонять наглых соседских кошек. Рядом жила заводчица породистых кошек, и эти вредные шипящие создания постоянно шмыгали в щели в ограде и лезли в блюдце с молоком, отгоняя ежика.

Нет, я любила кошек, но эти исчадия воспроизводства были реально бесячими. Кстати, характером немного походили на свою хозяйку, такую же хамовитую тетку.

Мы с Тарасом служили в детском областном театре всего второй год, но я уже считалась почти примой, мои внешние данные и талант позволили мне сыграть Золушку и Варвару-Красу. Высокая и стройная, с длинной толстой косой, волосы всегда были моей гордостью, белокожая и черноокая, с правильными чертами лица, я хорошо смотрелась на сцене.

И меня «любила камера». А еще уважал главный режиссер, уж не знаю, правда, за что. «За фактуру!» — говорил он. Надеюсь, что это так и есть.

В этом сезоне меня взяли Снегуркой на новогодние спектакли, причем, в первый состав. Это был успех! Как я радовалась, когда главный режиссер театра поздравил меня с этим событием!

А вот Тарас… Тарасу доставались роли зайчиков и бурундучков. Я замечала иногда его обиженный взгляд, будто я виновата, что он не вышел ростом и не тянул на лирического героя своим простоватым лицом, редкими волосиками и высоковатым для мужчины голосом. Но я-то любила его не за это.

Я любила его за доброту и отзывчивость, и конечно, за терпение.

Поднявшись на третий этаж по ступенькам, я открыла дверь своим ключом.

Сегодня первый спектакль в театре по графику в двенадцать, сейчас только девять.

Я желала примирения. Все-таки я, наверное, была неправа, когда засмотрелась вчера поздно вечером в окно на таинственного незнакомца на соседней усадьбе.

Окна второго этажа тетушкиного дома выходили прямо во двор к соседям. И вчера вечером я услышала знакомые звуки: кто-то колол дрова.

«Тюк-тюк-тюк». Очень странно, потому что у нас газопровод, а тут кто-то вспомнил средневековье. Даже для камина тетушка заказывала дрова в каком-то интернет магазине, и нам доставляли их курьером, а тут такое. Выглянув в окно, я залипла.

Наверное, можно вечно смотреть на водопад, костер, и как рубит дрова этот высокий накаченный мужчина.

Лица соседа я не видела, он стоял спиной к фонарю. Короткие светлые волосы подергивались при каждом взмахе топором.

Самое удивительное, что на улице минус градусов, а он в одних черных кожаных штанах, облепивших крепкие ягодицы, и в высоких ботинках.

Смотрелось брутально!

Смуглое, словно после загара тело, блестело от пота, на оголенных руках бугрилась великолепная мускулатура… И эта стильная татуировка на всю спину… Словно морозный зимний узор на окне.

— Хм, четкая татуировка, а я себе хочу цветок, теперь тоже белый, — по привычке произнесла громко и вздрогнула, когда незнакомец разогнулся, оглянулся и посмотрел точно в мое окно, словно услышал мои слова.