Книга Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта, страница 2 – Алена Шашкова

— Я не выйду за вас замуж, — твердо говорю я.

— Что? — складка гордеца на переносице герцога становится еще глубже, а лицо багровеет от гнева.

— Что ты говоришь?! — Драбба дергает меня за рукав с такой силой, что слышится, как трещит ткань. — Это она от радости, ваша светлость!

Мачеха покрывается пятнами, а над верхней губой появляется пот.

— Вы не упоминали, что она строптива, — раздраженно приглаживая сальные волосы, говорит герцог.

— Но разве вам не будет интереснее иметь темпераментную жену, нежели вялую рыбину в женах? — тут же находится Драбба. — Конечно, она выйдет за вас, герцог Вайоленс! Не сомневайтесь даже!

Моя сила, которая уже несколько лет послушно следовала за моими указаниями, словно встает на дыбы. Я не могу позволить этому случиться, я не могу снова поставить весь факультет и всех однокурсников под угрозу!

Грохот в ушах, пульс зашкаливает, а дышать становится почти невыносимо.

“Покупатель” делает шаг ко мне и тянет свои пальцы к моему лицу. И это оказывается последней каплей.

— Не выйду! — вскрикиваю я, и те самые часы, что раздражающе тикали, взрываются, а одна из шестеренок отлетает и рассекает ладонь герцога.

Ярхаш!

Впервые за почти пять лет я не смогла сдержать силу! Но если в прошлый раз это было подставой и следствием какого-то зелья, то сейчас… Я действительно хотела, чтобы герцог убрал свою потную руку от меня. Чтобы он вообще ко мне на километр не приближался!

С губ герцога срывается злобный рык, а мачеха бледнеет так, будто вот-вот в обморок шлепнется. Когда Вайоленс видит кровь, струящуюся из раны на его ладони, лицо герцога искажается в ужасающей гримасе.

Узкие глаза его сужаются до щелок, взгляд становится пронзительным и полным ненависти. Он стискивает зубы так сильно, что на скулах начинают ходить желваки, а  широкие ноздри яростно раздуваются, втягивая воздух.

— Несдержанная паршивка!

Щеку обжигает, а уши закладывает то ли от громкого шлепка, то ли от удара. В глазах искры, а голова начинает кружиться. Но пять лет в академии не прошли для меня впустую: если раньше я бы оказалась у ног Драббы, то сейчас она от меня этого не дождется. Буду стоять, пока совсем не потеряю сознание.

— Я начинаю сомневаться в том, что вас тут действительно хорошо обучают, — медленно произносит герцог, вытирая белоснежным платком с кружевом руку. — Впрочем, ты мне нравишься, я тебя возьму. Во всех смыслах, деточка, можешь быть уверена. Сейчас напишу заявление, что ты не контролируешь силу, тебя отчислят, и не придется долго ждать. Ты же этого добивалась?

Он все же касается моей щеки, оставляя на ней алый след

— А не пошли бы вы…

Мачеха снова заносит руку, чтобы ударить, но ее перехватывает чья-то рука в черной кожаной перчатке. Его пальцы сомкнулись на запястье, железной хваткой удерживая Драббу на месте.

Между мной и мачехой вырастает темная фигура и отделяет меня от угрозы.

— Что здесь происходит? — низким бархатистым голосом с легкой хрипотцой спрашивает незнакомец.

— Вы в курсе, что нарушаете магические границы комнаты встреч? — шипит мачеха.

— Правила запрещают поднимать руку на учеников академии, — произносит мужчина, тоном едва выше шепота, но это заставляет мачеху замереть на месте, словно пригвожденной к полу. — Вы закончили.