Книга (Не) достойная дракона. Академия Лоренхейта, страница 48 – Алена Шашкова

Он просто снял дверь с петель, выбив основной штырь.

Петли. Если они внутри — я спасена.

Я тут же кидаюсь ощупывать дверь, и (о чудо!) мне везет. Остается дело за малым — как вытащить штырьки.

С трудом нахожу хоть что-то, что может мне помочь, расковыриваю пальцы в кровь, вся обливаюсь потом и трачу весь свой словарь не самых приличных слов, но сначала один штырь с металлическим звоном падает на пол, потом, спустя как будто бесконечность, и второй.

Дверь перекашивается, чуть отходит, впуская в мою каморку то крохотное количество света, что есть на улице. И воздух. Свежий воздух врывается в мои легкие, позволяя свободно вдохнуть и облегчая головную боль.

Отодвигаю дверь, делая достаточную щель, чтобы я могла пролезть в нее. Очень жалею, что сегодня в платье, а не в тренировочной форме. Особенно когда слышу треск ткани, зацепившейся за одну из частей петель.

Ладно, не первый раз чинить вещи, сейчас главное — найти Ири и мои вещи. А еще поискать, вдруг меня что-то натолкнет на то, кто это мог быть.

Наклоняюсь немного, чтобы отцепить платье, и мое внимание притягивает что-то блестящее в траве рядом. Кристалл. И не просто кристалл, а в металлической фигурной оправе — артефакт. Такие вещи просто так не валяются, тем более у хозпостроек.

Поэтому я кладу его в карман, примерно ориентируюсь по башне с часами, где я, и иду к тому месту, где получила по голове. Ири — не особо быстрое животное, я надеюсь, что он не уполз далеко.

— О, хозяйка притопала, — внезапно раздается голос моей соседки из темноты.

Лисса, облокотившись на ствол, сидит на ветке дерева рядом с моим хамелеоном и покачивает ногой. Ее глаза ярко, совсем по-кошачьи, светятся в темноте.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я.

Неужели это она?

— Твоя ящерица скучала, тряслась вся, как лист, в руки не давалась, — говорит она, спрыгивая на землю. — Бросить не решилась. И тебе не советую, если не хочешь совсем без магии остаться.

Она уходит к жилому корпусу, покачивая бедрами и делая вид, что ей на меня вообще плевать. Ну… Ладно.

— Ири, как ты? — я с трудом различаю его среди листвы, и то только потому, что он сейчас бледный от страха. — Иди ко мне.

В общем, мне все же приходится залезть на дерево, чтобы снять своего фамильяра, отчего на моей юбке появляется еще пара дыр. Иридан вцепляется в меня, а потом, царапая своими острыми коготками, заползает мне за шиворот и, пригревшись там, замирает.

Я с огромным трудом на чистом упорстве нахожу в кустах свою сумку и отправляюсь домой. Вокруг больше ничего, что хоть немного намекнуло бы, кто на меня напал. Но… Я выясню. Как минимум потому, что я уверена, что это не последняя их пакость. Ведь та записка точно не была случайностью.

Мне никогда не было так тяжело вставать утром, как в этот раз, хотя, казалось, я уже должна была привыкнуть. Но, во-первых, выяснилось, что вернулась в корпус я уже за полночь, а во-вторых, голова болеть не перестала, а на затылке прощупывалась крупная шишка.

Поэтому тащилась на тренировочную площадку я через силу, ежась от утренней промозглой осени и надеясь, что присутствие Филиса на пробежке отвлечет от меня внимание. Сегодня мне особенно не хотелось его.

— Он здесь…

— Как думаешь, он что-то ответит, если подойти заговорить?