Книга Право на счастье, страница 114 – Теона Рэй

Я забрала ключ у мужчины, крепче перехватила сумки и рюкзак и едва ли не бегом преодолела крыльцо. Роберт, убедившись, что я поверила ему, поспешил вернуться домой.

— Мама, куда мы идем? Что говорил дядя Роберт? Что все это значит?

— Нам нужно какое-то время пожить в городе, цветочек. Так надо, понимаешь? Но ты должна быть сильной, впереди у нас длинная дорога. Ты сможешь? Надо постараться, милая.

— Я смогу, если надо, – со вздохом ответила дочка спустя минуту молчания. – Очень далеко?

— Да, цветочек, очень.

Дом остался позади. Лес встретил нас влажной от росы травой и прохладным мхом. Тихий ветер шелестел в листве, заглушая слабое пение только проснувшихся птиц. Под ноги юркнула белка и тут же скрылась в кустах, следом за ней проскакала сорока. Вероника отвлеклась на живность, а я мысленно прощалась с лесом. Не знала, удастся ли мне вернуться сюда снова. Даже если Мировой Совет больше не станет приезжать в Отшельники, после сегодняшнего их визита меня не будут рады видеть в деревне. Боялась представить, что натворят поисковики, и какое после этого отношение ко мне будет у моих соседей.

Дочь молча переставляла ноги. Даже когда нам пришлось дважды вернуться к лесу, чтобы отыскать нужную дорогу, а после солнце поднялось высоко и стало припекать. Вероника попила воды, сняла кофту и сменила платье. Молча. Сколько сил в моей маленькой девочке? Я смотрела на ребенка с восхищением, и ее сила духа, ее стойкость придавали мне уверенности. Мы обязаны добраться в Бирцан без происшествий, а там… У нас есть где жить, есть монеты на еду. Мы протянем какое-то время, и если Роберт не обманул, он нам обязательно поможет. С ума сойти, святой Создатель! Я на самом деле доверилась представителю Мирового Совета?! Тому, кого знаю меньше месяца?

— Мы можем немножко посидеть вот на этой полянке? – Не останавливаясь, Вероника указала ручкой на заросли ромашек.

— Конечно. Но давай пойдем вон под то дерево, там тень, и будет не так жарко.

Мы расположились под ветвями одинокой ивы. Очевидно, здесь когда-то был водоем, но он высох и оставил после себя лишь неглубокий овраг. В тени оказалось не так жарко, но и прохладной ее не назовешь. Платье прилипло к спине, у Вероники слиплись волосы.

Выпили по несколько глотков воды, пожевали ягод, собранных еще утром. Вокруг царила такая тишина и покой, что даже не верилось, что мы вышли не погулять, а сбегаем из дома в никуда. Стоило только представить, что, возможно, прямо сейчас вон за теми холмами по главной дороге едут представители Мирового Совета, как тело пробирала дрожь, хотелось вскочить и бежать без оглядки.

— Милая, мы можем идти?

— Да, мама.

Я все ждала, когда дочка задаст вопрос, который мучил и меня саму: «Как долго еще идти?» Но она молчала, и я решила сказать сама:

— Посмотри на небо, цветочек. Видишь, как высоко солнце? Скоро оно начнет клониться к закату, а когда наступит темнота, мы будем уже совсем близко к городу. Потом увидим фонари, а когда пройдем еще немного, то сможем поесть и лечь спать. Все будет хорошо.

Что все будет хорошо, я ей уже говорила. Когда мы ночью ушли из дома Савара, я говорила, что все будет хорошо. И теперь вот снова. Когда уже правда все наладится?

Вероника щурилась от слепящего солнца, натягивала косынку пониже на глаза и крепко держала меня за руку. Ее ладошка была влажной и все время выскальзывала, но мы не отпускали друг друга.