Книга Право на счастье, страница 120 – Теона Рэй

— Что со мной станется? – вздохнула я, задергивая занавеску. Ничего интересного за окном не было, и Роберта не видно даже на горизонте.

— Последним они сожгли дом Матильды. Бабку к себе взял Михей. Ну а Дария с Еугеном сейчас живет, ухаживает. Ну ты ж сама знаешь, ты ведь ее и просила помочь фермеру-то.

— Угу, – хмыкнула я.

— Ну и все, больше ничего такого не было. Да ты не волнуйся! Шерп тебя простит рано или поздно, как же мы без лекаря-то? Никак, вот именно. Остальных так вообще просто допросили. Все, конечно, назвали и твое имя, и где живешь, но сколько мужики из Совета ни пытались войти в этот дом, им так и не удалось. Они и его сжечь хотели, да только артефакты взрывались и тут же гасли. В общем, в том, что здесь и правда жила ведьма, они теперь убеждены. Главное, чтоб не нашли хозяйку…

— Не найдут, надеюсь. Только я никак не могу понять… В этой деревне, кажется, почти все знали правду о Герде, да и обо мне догадались. Почему раньше никто так и не позвал Мировой Совет?

— Так Герда запугала всех. Сказала, что проклятие нашлет, если хоть нога поисковика ступит на земли Отшельников. Деревенские так перепугались, что дважды в год слали в Совет письма с отчетом: мол, никаких ведьм в деревне нет, не появлялось и не предвидится. Как только появится – сообщим. Так поисковики сюда и не совались. А когда Герда померла, Шерп сам и написал Совету, что вот, обнаружили ведьму, приезжайте. Они приехали, проверили все и всех, ведьму не нашли да уехали. Ох, и чего они так прицепились к вам? Живете, никого не трогаете, лечите людей. Да, бабка Герда была той еще злыдней, но даже она в беде никогда не бросала, да и зла никому не делала просто так.

— Боятся за свое место, Клара. Ведьмы когда-то хотели забрать власть во всем Ассоне, которую и имеет Мировой Совет. Разумеется, те не хотели уступать им это право, ну и вот – началось уничтожение.

Как открылась входная дверь, мы не услышали из-за детского хохота и крика. Роберт появился на пороге кухни в тот момент, когда я уже собиралась выйти на улицу и ждать его там.

— Я был у Ули и Гаскона, – сказал он. – У них все хорошо. Уля, разумеется, костерила меня на чем свет стоит, но, думаю, мне удалось ей все объяснить. Она просила беречь тебя, Алена. Потом просила вообще к тебе не подходить, но этого я уже предпочел не слышать. Гаскон просил писать ему, а он будет писать в ответ. В целом Уле куда лучше, она ходит и говорит, но зрение не вернулось.

— Оно и не вернется, к сожалению, – тихо проговорила я. – Мы можем пойти к Еугену и Дарии? Прямо сейчас.

— Да, я видел их. Дария развешивала белье во дворе, так что не думаю, что успела уйти куда-то.

— Я еще вернусь за вещами, – сказала я Кларе.

Вероника осталась с Сэтом. Мы с Робертом вышли из дома и, в окружную по деревне, чтобы не встретить Шерпа, двинулись на ферму Еугена. Дария все еще была занята постиранным бельем, а маленький Юнион ползал возле нее и тащил в рот все, что находил. Когда я заскочила во двор, малыш пытался облизать гвоздь, пришлось срочно бороться с годовалым ребенком за железную и наверняка вкусную штуковину.

— Пресвятой Создатель, Аленка! – Дария бросилась ко мне, повисла на моей шее. – Я знала, знала, что тебя не найдут!

— Ну ты кричи погромче, может, и найдут, – усмехнулась я хрипло: подруга душила меня.