Книга Право на счастье, страница 67 – Теона Рэй

— А он чем занимается? Ну, Зафар… Работает в лесу или… на что вы живете?

— Нам помогает мой папа и родители Зафара. Ты ведь помнишь, что у его отца большой огород? Мой отец дает нам молоко, а куры у нас свои – это и мясо, и яйца. А Еуген снабжает овощами.

— Нет, я как-то забыла, что Зафар сын Еугена… Так вы и дальше планируете жить только на помощь родителей?

— Конечно, нет! Как только Юнион подрастет, папа обещал отдать нам теленка. Ну если родится. Да и огород у нас тоже свой есть, маленький, правда, но нам хватит.

Я поставила чайник на плиту. Выровняла дыхание, успокаиваясь. Дария говорила таким тоном, словно ничего не происходит… А хотя, может быть, действительно ее семейная ситуация в порядке вещей? Мне этого не понять, я воспитана любящими друг друга родителями, а после – одинокой Гердой.

А моя семья с Саваром хоть и не отличалась идеальностью, но все же муж был мужчиной. В первую очередь он был мужчиной, а не молодым любителем доступных девушек. Подумав об этом, я мысленно дала себе оплеуху. Если я такая «умная», что обвиняю Дарию в глупости, почему сама-то не ушла от Савара? Потому что это сложно. В этом мире сложно остаться одной с ребенком, пусть и в деревне. И не мне указывать подруге, что ей делать.

— Расскажи мне лучше, что произошло в деревне за последние восемь лет? – попросила я. – Я частично уже знаю, что ты замуж вышла, родила, да и Клара не отставала. А что еще?

— Ох! – Дария вгрызлась в пирожок, выудив его из корзинки, которая все еще стояла на столе. – В двух словах и не расскажешь, но попробую… Мой папа и папа Зафара поженили нас. Я не была против, все-таки кроме Зафара тут и парней-то особо нет, все либо старые, либо еще совсем молодые.

— Где вы проходили свадебный обряд?

— Так прямо здесь, в деревне. Папа уполномочен на заключение браков.

— Самим собой?

— Ну да… Но неважно. Мы женаты, и все тут. Вон, посмотри. – Подруга тряхнула запястьем, и серебряный браслет зазвенел. – Брачный браслетик, все по-настоящему. Но что обо мне! Ты бы знала, что творила Матильда!

— Матильда… Швея? Она приходила ко мне за мазью. Ты о ней?

— Да, о ней. Случилось что-то с ее головой, с ума бабка сошла и начала таскать в свой дом всякие вещи с мусорок. Представляешь? Кто что выбросит ненужное или сломанное, так Матильда тут как тут! Тащила она вообще все. Исписанные тетради, огрызки карандашей, дверцы от шкафов, грязные тряпки. Когда приходили к ней заказать одежду, то в доме ступить некуда было. Все завалено хламом! Людям-то все равно, но когда бабка потеряла прямо в доме отрез ткани, из которого должна была сшить платье для Катарины, тут уже соседи не выдержали. Все собрали, погрузили в телегу, увезли в поле и сожгли. Матильда тогда сильно расстроилась, но быстро пришла в себя и с мусорок больше не таскала.

— Вы хорошо знакомы с Катариной? – словно невзначай спросила я, разливая уже заварившийся чай по чашкам. Юнион сопел, ползая под столом, Дария удерживала его одной ногой, чтобы малыш никуда уполз.

— Мы дружили, – пожала плечами подруга. – Пока она не положила глаз на моего мужа. Я с ней сразу прекратила общение…

— А почему Уля ее невзлюбила? Мне Гаскон сказал, что Уля и Катарина что-то не поделили.

— Когда Катарина со своей бабкой пришли в деревню, то первое время жили у Ули. Катарина уходила поздно вечером, приходила под утро, часто пьяная. По дому не помогала, родной бабушке перечила. А однажды, когда Уля и бабка Катарины ушли в лес погулять, Катарина привела в дом старшего сына Назара. Так старушки их и застали за тем самым делом.