Книга Наследник магната. Вернуть любой ценой, страница 83 – Марго Лаванда

— Ты выйдешь за меня?

Мир не замер — он растворился. Звуки за окном, ощущение ткани, даже биение собственного сердца — все пропадает, оставляя только его лицо, его руку на моей коже и этот вопрос, висящий между нами, простой и монументальный, как клятва.

— Я… — пытаюсь говорить, но голос чужой, тонкий, как паутина.

— Я не хочу на тебя давить, милая, — он выдыхает эти слова, и в его глазах мелькает тень уязвимости, которую кажется вижу впервые. Обычно Юсупов самый уверенный и сильный мужчина из всех, кого знаю. — Если момент неподходящий, если это слишком внезапно, ты просто скажи. Я буду ждать. Я просто должен был спросить.

— Нет… что ты… — я наконец могу пошевелиться, кладу ладонь ему на грудь, чувствуя под пальцами бешеный ритм его сердца. Оно бьется так же часто, как мое.

— Я не хочу давить на тебя, — Амир подносит мою ладонь к своим губам. — Но должен сказать что чувствую. Именно сейчас. Я хочу, чтобы у нас с тобой была настоящая семья. Не склеенная из осколков, а выстроенная с нуля. Наш дом. Наши дети. Место, где Тимур будет расти спокойным и защищенным. Где Ангелина… — его губы дрогнули в улыбке, — будет носиться по утрам по коридору и врываться к нам с криками. Где она будет помогать заботиться о маленьком братике. Где все мои близкие будут в абсолютной безопасности. А я… — его голос срывается, — я смогу каждый день, каждую секунду любить тебя так, как ты того заслуживаешь.

Горячая, густая волна поднимается от самого солнечного сплетения, накрывает горло, выступает жаром на веках.

— Ангелина будет счастлива, — продолжает Амир, и его улыбка становится теплее, живой. — Она вчера, когда я зашел пожелать ей спокойной ночи, взяла меня за руку и прошептала: «Пап, а когда Кристина станет моей настоящей мамой?». Она очень тебя любит. Так же сильно, как я.

— Правда? — мой голос ломается на полуслове. Слезы, которые я пыталась сдержать, вырываются наружу, две горячие капли скатываются по вискам. Руки дрожат, когда я тянусь к его лицу. — Разумеется, я не против… Я согласна. Я… Люблю тебя, Амир. Очень сильно.

Прижимаюсь лбом к его плечу, вдыхая его запах. Амир издает тихий, сдавленный звук и обвивает меня руками, сжимая так крепко, насколько возможно. Его губы находят мой висок, затем перемещаются в волосы, к шее, оставляя дорожку влажных, горячих поцелуев-клятв.

— Я хочу, чтобы мы с этого момента не расставались, — его шепот обжигает. — Хочу безумно. До боли. И ни за что, ты слышишь, ни за что я не потеряю тебя снова. Второй раз я просто не выживу.

— Не потеряешь, — выдыхаю ему в губы, цепляясь за него, как за якорь в этом водовороте чувств. — Никогда.

Он берет мою руку, наши пальцы сплетаются.

— Почему ты плачешь? Я тебя обидел?

— Нет, нет. Это просто эмоции.

Собираю все силы и поднимаю на него глаза. Сквозь пелену слез вижу его лицо: сосредоточенное, открытое. Ни тени шутки, ни намека на легкомыслие. Только абсолютная, кристальная честность, обнаженная и прекрасная в своей уязвимости.

— Амир… — его имя срывается с моих губ тихим, прерывистым выдохом. — Я хочу всего, что ты сказал. С тобой.

Он резко, с силой выдыхает, как будто отшатнулся от края бездны, на которую даже боялся взглянуть.

— Спасибо, малышка, — его голос звучит грубо, почти болезненно. Он притягивает меня, целует долго, медленно и горячо и я отвечаю с такой же страстью, обвивая руками его шею.