Книга (не) Развод под Новый год. Загадаю счастье, страница 76 – Лера Корсика

— А кто строить будет? — крикнул кто-то из толпы. — Мы и будем! — ответила я. — У нас уже есть фундамент, есть стены. Нужно достроить, закупить оборудование, оформить документы. Это огромная работа. Но если мы справимся — мы станем независимыми.

— А деньги? — выкрикнула Елена. — Где взять деньги на оборудование?

Я улыбнулась. Этот вопрос я уже обдумала. — Мы объявим краудфандинг. Напишем во все СМИ, расскажем нашу историю. Люди любят такие проекты — спасение животных плюс социальный бизнес. Подключим правозащитников, зоозащитные организации. Если история громкая — найдутся и инвесторы. Может, даже государственные гранты.

Наталья шагнула вперед. — А арендодатель? Пока мы будем строить, они нас вышвырнут.

— Не успеют, — уверенно сказала я. — Мы подадим заявку на социальный проект в администрацию. Это даст нам отсрочку. Пока документы ходят, пока проверки... А еще у меня есть... есть один знакомый, — я запнулась, но продолжила, — который поможет с нужными людьми.

Я не стала называть имя Вадима. Не время и не место. Но внутри что-то екнуло — я знала, что он поможет. Знала, что могу на него рассчитывать.

Гул в толпе нарастал. Люди уже не просто слушали — они спорили, предлагали идеи. Кто-то кричал про знакомого журналиста, кто-то — про возможного спонсора. Энергия била ключом.

Наталья подошла ко мне, когда я слезла с ящика. — Екатерина Сергеевна, — сказала она тихо, но в глазах горел огонь. — Это гениально. Правда.

— Еще не факт, что получится, — ответила я, но на душе было легко. Впервые за долгое время.

Вечером, когда приют опустел, я сидела в своем маленьком кабинете и смотрела на бумаги. Планы, сметы, списки. Работы было — непочатый край.

Я достала телефон. Написала Вадиму: «Спасибо за поддержку. У меня родилась идея, как спасти приют. Если будет время, расскажу. Нужен совет».

Ответ пришел через минуту: «Вечером. Освобожусь к семи. Могу подъехать».

Я улыбнулась. Ира была права. Он смотрел на меня по-особенному.

День после собрания в приюте прошел в лихорадочных хлопотах. Я обзванивала знакомых журналистов, набрасывала текст для краудфандинга, встречалась с Натальей по поводу сметы. К вечеру голова гудела, но внутри горел азарт — впервые за долгое время я чувствовала, что не просто обороняюсь, а наступаю.

В два часа я выехала за Степой. Школа была через три квартала от Ириного дома, обычная, районная. Мы выбрали ее, потому что здесь был хороший охранник и никто не знал, чей он сын.

Я припарковалась у ворот за пять минут до звонка. Из дверей уже выбегали первые ученики, и я машинально искала глазами знакомую синюю куртку. Степа обычно выходил одним из последних — вечно копался в рюкзаке, забывал сменку, болтал с друзьями.

Прошло пять минут. Десять. Дети почти разошлись, у крыльца остались только две девочки и учительница с телефоном.

Я забеспокоилась. Вышла из машины, подошла ближе. В этот момент дверь распахнулась, и вылетел Степа. Но не один. За ним, буквально наступая на пятки, шел какой-то мужчина в темной куртке и кепке, низко надвинутой на глаза.

— Степа! — крикнула я, бросаясь вперед.

Мужчина обернулся на мой крик, и в этот момент из школьной двери вышел охранник — пожилой, но крепкий дядька, который всегда дежурил на входе. — Стоять! — рявкнул он. — Вы к кому?