Книга Когда я уходил – ты плакала, страница 11 – Полина Рей

Яна откинулась на спинку стула, оставив салат. Сидела, смаковала дорогое шампанское и смотрела на Кирилла каким-то взглядом, который он видел впервые. Но он, этот взгляд, прямо-таки сквозил искренним интересом, который вылился в следующий вопрос:

— И что это за гарантии? Если вдруг я лезу не туда, так и скажи. Просто интересно, как разводятся нормальные мужики… А то мне в этом плане не очень-то повезло.

Пухлые губы, которые стали больше в объёме с тех пор, как он запомнил их на вкус, искривились в горькой усмешке.

— Если бы я считал, что ты в этом разговоре лишняя — мы бы его попросту не завели, — мягко произнёс Кирилл. — Гарантии подразумевают имущество, которым я обеспечу жену и ребёнка. И солидные счета в банке. Один на Варю, второй — на Веронику.

Он тоже допил шампанское и обновил их бокалы, долив их до краёв. Посмотрел на Яну и уточнил:

— Этого достаточно, чтобы считаться «нормальным мужиком»?

Она запрокинула голову и хрипловато рассмеялась. Кир тоже не удержался от улыбки, глядя на эту чудесную женщину.

— Более чем, — заверила она его, отсмеявшись. — Я слышала, что ты купил себе самый настоящий дворец. Его тоже оставишь жене и ребёнку?

Показалось, что в этом прозвучал какой-то подвох. Но Бирюков пока не мог понять, какой именно. Была ли это очередная проверка на «нормальность», или в вопросе крылось нечто иное?

— Если будет нужно — оставлю, — заверил он и вновь взялся за бокал. — А теперь давай просто поболтаем. Мне этого очень не хватало, Яна.

В ответ она кивнула.

Расставаясь с Яной, Кирилл обзавёлся обещанием новой встречи. После этого обеда, усадив её в такси, он вызвал машину себе, чтобы ехать в офис.

Расположившись на заднем сидении, поймал себя на том, что постоянно беспричинно улыбается. Хотя, почему беспричинно? У него имелся очень даже весомый повод для того, чтобы смотреть в окно и совершенно по-дурацки растягивать рот во всю ширину.

Однако то чувство, что он готов обнимать весь мир, исчезло со включением телефона. Едва он вернулся в сеть, как на мобильник поступил звонок от матери.

Первой мыслью было предположение, что неугомонная Лиза уже подключила взрослое поколение, чтобы завести его обратно в стойло.

А потом все измышления вовсе исчезли, когда он нехотя ответил и услышал заполошный голос мамы:

— Кирилл! Хоть ты мне можешь толком сказать, почему Варенька угодила в больницу?

Признаться честно, даже сейчас по первости Бирюков подумал, что это всё — попытка его напугать. Или усмирить. Или наказать.

Называйте, как хотите — суть от этого не изменится.

Но потом он понял: мама бы точно не стала шутить такими вещами. Варя действительно угодила в больницу… Но почему? Что с ней стряслось? Она ведь была совершенно здорова, когда они виделись в последний раз…

— Мам… Я… не знаю, — растерянно проговорил Кир. — Но уже еду домой.

Молчание по ту сторону связи стало совершенно закономерным обрамлением происходящему.

— В смысле… ты не знаешь? Почему Лиза тебе не позвонила? Господи, беда-то какая…

Эти причитания, которые не вызывали внутри Бирюкова ничего, кроме дикого страха, ему совершенно не понравились. Они выбивали из колеи, ибо к такому он не привык.

У Кирилла всегда всё было под контролем. Это — аксиома его жизни, фундамент, можно сказать. И стоять он будет на нём и дальше.