Книга Тест на отцовство, страница 12 – Тая Наварская

— Вот, держите, — врач кладет передо мной таблетку. — Воду можете налить в кулере.

Смотрю на светло-серый блистер и понимаю, что в этот момент решается моя дальнейшая судьба.

— Эм… Вы знаете, я… Я передумала, — страшась собственной решимости, выпаливаю я.

— Передумали? — переспрашивает она, однако удивленной совсем не выглядит.

— Да… Да! — рывком встаю со стула. — Вы меня извините, ладно? И денег за процедуру можно не возвращать… Я пойду, до свидания!

— До свидания, — бросает мне в спину врач, и в ее голосе я отчетливо слышу усмешку.

Должно быть, беременная, передумавшая идти на аборт, — здесь нередкий случай. Наверняка я такая не первая и уж точно не последняя.

Вылетаю в коридор и, прижавшись спиной к стене, пытаюсь унять чересчур разошедшееся сердце. Вот это да! Неужели я только что решилась? Решилась стать мамой?

В каком-то странном необъяснимом порыве прикладываю руки к животу, а потом тут же смеюсь над своим сентиментальным жестом. Ну какая глупость! Жизнь внутри меня еще настолько мала, что я при всем желании вряд ли ее почувствую. Однако мысль о крошечном эмбрионе невероятно греет душу и теснит грудь приятным волнением.

Боже! Сколько всего мне теперь предстоит сделать!

— Ах, дочка! — мама хватается за сердце и потрясено хлопает глазами. — Это же такая большая радость!

Реакция родительницы вполне предсказуема. Последние лет пять она только и делает, что талдычит мне о семье, детях и материнском счастье, которое я непременно должна испытать.

Раньше эти темы вызывали у меня стойкое неприятие, сопровождающееся раздражением, однако теперь придется привыкать: кажется, подобные разговоры будут сопровождать меня на протяжение всех девяти месяцев беременности.

— Дай я тебя обниму, Сонечка! — она заключает меня в крепкие объятья. — Наконец-то это чудо свершилось! А то я уж было начала думать, что так и умрешь старой девой!

Чтобы вы понимали, моя мать — это удивительное сочетание душевной простоты и врожденной бестактности. Каких только заявлений с пометкой «от чистого сердца» я от нее не наслушалась!

Помнится, когда я была в выпускном классе, она, не слишком щадя мои чувства, заявила, что я накрасилась как проститутка. И это учитывая то, что я прокорпела над макияжем два с лишним часа, пытаясь воссоздать стрелки как у Одри Хепберн!

А в прошлом году матушка взяла и ляпнула, что я у меня, видите ли, ярко выражены морщины. На тот момент я не спала больше суток, в одиночку таща на себе тяжелейший и очень важный для моей карьеры проект. Но родительнице, разумеется, до этого дела не было. Ее волновали лишь несовершенства моей кожи. Ну еще бы! Кто меня такую морщинистую замуж возьмет?

— Спасибо, мам, — похлопываю ее по спине и произношу крамольную вещь. — Я, конечно, беременна, но вероятность умереть старой девой по-прежнему существует.

— В смысле? — мать резко отстраняется и впивается в меня недобрым взглядом. — Мирон отказывается на тебе жениться?

— Нет. Мирон вообще не в курсе, что должен немедленно на мне жениться, — ерничаю я. — И о беременности он тоже пока ничего не знает.

— Почему? — родительница округляет глаза.

«Потому что я не уверена, что это его ребенок!» — чуть было не выпаливаю я, но вовремя прикусываю язык, благоразумно решив, что в такие подробности мою впечатлительную матушку посвящать не стоит.