Книга Останься со мной, страница 70 – Инна Разина

— Что «не»? — злюсь я. — Можешь сказать внятно, зачем ты вломился в кабинет?

— Ты же ничего ему не сделала? — опускает взгляд на мой живот. А до меня вдруг доходит. Думает, я избавилась от ребенка? Даже если так, ему-то что? Или наоборот хочет убедиться, что проблема решена?

— По какому праву ты задаешь этот вопрос? — уточняю, не скрывая раздражения. И слышу неожиданное:

— Это и мой ребенок.

Да что за чертово раздвоение личности?! Всего несколько дней назад облил меня презрением и заявил, что ему нужны доказательства. Что случилось сейчас? Прозрел? Только поздно.

— Я же сказала, что соврала. Он не твой, — пытаюсь придать голосу уверенность.

— Не надо… — морщится Игнат, продолжая слишком настойчиво меня изучать. Словно ищет во мне что-то. Но у меня для него больше ничего нет.

— Послушай, — отвожу глаза в сторону. Мне неприятно на него смотреть, а его взгляд напрягает. — Я не понимаю, что происходит. Ты сам мне в лицо заявил, что отцовство еще надо проверять. Так вот, я проверять ничего не собираюсь. Как и доказывать тебе что-то. И ничего у тебя не прошу. Можешь быть спокоен, я больше тебя не потревожу. Женись, делай себе правильных наследников. Живи, как хочешь. Меня это не касается. А тебя с этих пор не касается моя жизнь. И все, что я с ней делаю. Это понятно?

— Понятно, — отзывается Игнат, больше никак не реагируя на мою тираду. Ну может, только чуть сильнее хмурится, и желваки на щеках дергаются. А следующий вопрос показывает, что ничего он не понял: — Как ты себя чувствуешь? Я бы хотел, чтобы ты наблюдалась в хорошей клинике. Я скину тебе адрес.

— Ты можешь хотеть чего угодно, — чеканю зло, чувствуя, что начинаю закипать. — Только я удовлетворять твои хотелки не собираюсь. И на вопросы отвечать тоже. А вообще, врач сказал, что мне нужна спокойная обстановка. Пожалуйста, оставь меня в покое. И да, заявление мое подпиши. В офис я не вернусь.

Все, хватит, я достаточно потратила на него времени. И очень надеюсь, донесла до него свою мысль. Разворачиваюсь и ухожу.

К тому времени, как приезжаю в женскую клинику, накручиваю себя так, что не могу спокойно ждать в коридоре и как полный неадекват врываюсь прямо в кабинет.

Самое удивительное, еще недавно я даже не думал о нашем с Юлей ребенке. А сейчас готов воевать за него. Охренеть, как меня так быстро переклинило?

Нервно шарю взглядом по мирно беседующей с врачом колючке. Она не была бы так спокойна, если бы избавилась от ребенка.

Но мне нужно знать точно. Поэтому торчу в коридоре. Когда Юля выходит из кабинета и замечает меня, невольно морщится, словно я какое-то надоедливое насекомое.

Впрочем, сам виноват. Сделал все, чтобы на меня так смотрели. Ну и предсказуемо на контакт колючка не идет. На вопросы не отвечает, язвит и обливает меня презрением. А под конец просит держаться от нее подальше.

Отпускаю ее. Сейчас все равно от нее ничего не добьюсь. А когда она скрывается за поворотом, набираю охрану, приказываю, чтобы вели ее дальше.

Сам отправляюсь к начальству этой клиники. К врачу Юли даже не суюсь, эта принципиальная дама уже дала понять, что разговаривать со мной не станет. Гораздо проще зайти сверху.

Разговор с главврачом получается плодотворным с нужными мне последствиями. За обещание щедрой спонсорской помощи получаю доступ к электронной карте Юли. Причем, врач лично комментирует мне все непонятные моменты.