Книга Сводные. Ты не для меня, страница 65 – Нюта Царёва

Мы поднимаемся в комнату Кая. Он хромает все сильнее, и я подхватываю его под плечо.

— Так и знала, что тебе все это аукнется. — возмущаюсь негромко, помогая дойти до двери.

— Ты обещала не начинать, — бурчит Кай, но в голосе явно слышится напряжение. Каждый шаг дается ему с большим трудом.

— Ага, но я же не обещала, что буду молчать вечно.

Он со стоном усаживается на кровать. Осторожно снимаю с него куртку, худи, и тяну за край футболки.

— Давай, герой, покажи, где болит.

Кай закатывает глаза, но позволяет стянуть с себя и футболку тоже. Его тело безупречно. Мышцы крепкие и отчетливо проступают под кожей. Им можно любоваться бесконечно, но я здесь не для этого.

Выдыхаю и скольжу взглядом по его коже. И вот он в полный рост, точнее, в полный синяк. Ссадины, кровоподтеки, след от кастета. И все это после больницы.

Осторожно касаюсь одного из них, Кай шипит на меня и морщится.

— А драться было не больно? — вредничаю я, а сама прикидываю, что нужно принести из аптечки, чтобы облегчить его страдания.

— Дрался я на адреналине, — стонет Кай, уворачиваясь от моих пальцев.

И хоть мне его жалко, где-то глубоко внутри скребется гордость, что он мой. Этот упрямый, дерзкий, ломающий стены кулаками парень — мой.

— Сам виноват. — касаюсь одной из ссадин, он тут же дергается. — Вот и не ной теперь.

— Я не ною, — фыркает недовольно. — Я реагирую на твои садистские наклонности.

— Сейчас тебе моя аптечка расскажет, что такое садистские наклонности, — усмехаюсь я и ухожу к себе за лекарствами.

Собираю все самое нужное, прихватываю бутылку с водой и возвращаюсь обратно. Вхожу в комнату, а Кая нет.

— Кай?!

Слышу шум воды и сразу все понимаю. Он в душе.

— Я что, тебя так испугала, что ты сбежал? — кричу я сквозь дверь.

— От меня так воняло, не поверишь, — цедит он. — Я спасал твое обоняние.

— Сейчас я тебе спасу кое-что другое, — ворчу недовольно. Ну надо же было додуматься. — Кай, тебе нельзя перегреваться.

Он ничего не отвечает. Ну что за халатное отношение к собственному здоровью? Бесит!

Сажусь на кровать, складываю руки на груди и терпеливо жду, отсчитывая минуты. Когда он возвращается, волосы мокрые, капли скатываются по груди и животу. Босой, в одних штанах, с полотенцем на плече.

Кай останавливается в дверях, и я замираю, залипая на нем. Он прекрасный. Мужественный, сильный, несмотря на боль. Раненый, но не сломленный. И все равно в глазах мягкость, когда смотрит на меня. А его улыбка такая опасная и провокационная, что мое сердце срывается в галоп, а щеки предательски розовеют.

— Ты опять злишься? — Кай виновато опускает глаза и становится таким забавным в этот момент, что я не могу сдержать смех. Еще одна его грань, о которой я даже не догадывалась, открывается мне.

— Я забочусь, дурак. — ставлю перед ним стул. — Садись, обработаю.

Он подчиняется, как большой ребенок. Стонет, когда я обрабатываю ссадины. Стонет так, что мне приходится дуть.

— Еще чуть-чуть. Потерпи, — приклеиваю еще один пластырь. — Вот, молодец.

— Героически сдерживаюсь, пока ты меня тут истязаешь, — гордо заявляет он, а в глазах озорные чертики.

— Я тебя спасаю, — протягиваю ему две таблетки и бутылку с водой.

Послушно выпивает.

— Сомнительное спасение, — смеется он, дразня меня.

— Замолчи, пока я не сменила ватку на иголку.