Книга Непорочная, страница 114 – Слава Доронина

— Да, — соглашается Леон. — Из двух зол… Ладно. Ты пока здесь остаешься, проследишь за Антониной. Когда Ванесса родит, решу, что делать.

После услышанного я не в состоянии сдвинуться с места. Словно ударом молнии пронзило. Пытаюсь сделать вдох, но не получается.

В каком смысле семья неприкосновенна? И что значит «когда Ванесса родит»?

Немного отойдя от шока, вхожу на кухню и ищу глазами Дамианиса. Он сидит за столом с сигаретой в руке.

— Ванесса беременна? — спрашиваю я прямо.

Леон поворачивается. Наши взгляды встречаются.

— Так, вы здесь сами. — Дан поднимается из-за стола и идет к двери.

Я не смотрю, как он уходит. Все внимание сконцентрировано сейчас на другом мужчине.

— Ванесса ждет ребенка? Твоего ребенка? — повторяю вопрос.

Дамианис хмурит брови. Тушит окурок в пепельнице.

— Да, — отвечает будто нехотя.

— И судя по разговору, который случайно услышала, я не должна была об этом знать?

Молчание Леона очень красноречиво.

— Не хотелось бы, — произносит он наконец.

Какая же Дамианис сволочь…

— Я приехал проверить, как у тебя дела, и сказать лично, что попытаюсь сделать все возможное, чтобы твоего отца не посадили. А если все-таки посадят, чтобы дали небольшой срок. Мои отношения с Ванессой тебя не касаются, их мы обсуждать не будем, — припечатывает он словами.

— Не касаются, да… — повторяю эхом и рвано дышу, по второму кругу прокручивая в голове все сказанное Леоном.

Сначала ощущаю пустоту, а потом в меня словно черти вселяются, как накануне во время морской прогулки с Даном, когда я вела себя импульсивно. И в этот раз их явно больше. Целая армия смерти. Меня прорывает. На пике эмоций смахиваю все со стола, но облегчения не получаю. Крушу все, что попадается под руку. Я захлебываюсь от переполняющей обиды.

Грохот стоит такой, что сотрясаются стены. Даже бросаюсь, чтобы ударить Дамианиса, расцарапать ему лицо, но он обхватывает меня руками и зажимает в тиски.

— Успокойся! — рявкает. — Слышишь?

Сейчас я отражение того, что происходит в душе. От боли хочется сдохнуть.

Пытаюсь вырваться из стальной хватки, но Леон не поддается. Встряхивает с силой, отчего в ушах начинает звенеть. Или это от осознания реальности.

И впрямь, зачем устраивать истерику? Разве она как-то изменит тот факт, что я третья лишняя, а у Дамианиса вот-вот родится сын или дочь?

Выдохшись, прошу Леона убрать руки. Оседаю на стул. Горло сдавливает от подступающих рыданий, которые с трудом удается сдержать.

— Ты меня разрушил… Мою жизнь… — шепчу, переведя дыхание.

— Мне жаль. Я не хотел причинить боль.

И это все, что он может сказать?

— Тогда хотя бы из жалости подари мне свободу. Я вчера ее отработала. Или недостаточно? Хочешь еще? — Распахиваю халат. — На! Бери! Только перестань мучить и отпусти меня!

— Отпустить не могу, — заявляетЛеон категорично. — По крайней мере сейчас.

— Потому что намерен посадить моего отца и сам в это время готовишься стать папой? Мои поздравления. Уверена, у тебя все получится. — В голову лезут воспоминания о прошлой ночи.

Секс, похоже, не входил в планы Дамианиса. Я его спровоцировала. Дура… Какая же я дура!..

Чувствую себя так, словно провалила самый главный в жизни экзамен. Пытаюсь контролировать эмоции, но ничего не выходит. Меня разносит в щепки от боли и мучительных переживаний.