Онлайн книга «Билеты в один конец»
|
Да что, я сама не вижу тени под глазами Таранова? Дрожь в пальцах, когда он берет стакан с водой, пустоту в глазах, которая держится все дольше после каждого приступа. И в такие моменты Влад не может себя контролировать и даже выговаривать четкое, заученное: «все нормально». Нейростимулятор под ключицей, дорогостоящая надежда, оказался щитом из паутины. А корректная стимуляция, но низкий порог срабатывания красивыми словами врача, за которыми стоит лишь констатация провала. Очередного. Потому что у Влада новая серия приступов, и лучше ему не становится. С корректировками или без. А я места себе не нахожу и без понятия, когда он выкарабкается и что потом будет. Демьян берет мою руку. А я вздрагиваю, его пальцы такие холодные. — Я еще перед вашим отъездом говорил, что это не поможет. Открываю рот, чтобы сказать «Нет!», чтобы рассказать о новых клиниках, экспериментальных методах, которые нашла, но он сжимает мою руку сильнее, будто видит ответ в моих глазах. Вся моя натура бунтует против того, что уже есть в мыслях. Инстинкт матери, женщины, человека, чья жизнь построена на любви… Сейчас она в агонии, кричит: «Борись! Не сдавайся! Есть же шансы!». Но есть ли в действительности? Похоже, и впрямь на иллюзию… — Зачем ты приехал, скажи? Добить меня? Демьян вздыхает. — Ну как не приехать, Тань? Давай представим вас обоих в суде. Ты – истец, он – ответчик, а я – судья. Метафорически. Хотя его судья в действительности сейчас ты. Просто пойми: эта борьба отнимает у вас последние крупицы настоящего. Ради призрачного «а вдруг». Ты настаиваешь на лечении, чтобы парень жил и боролся. Ради вас. Ради общего будущего. А ответчик говорит: нет сил. Жить хочу. Не бороться. Хватит ваших больничек. Он же на дух это все не переносит. Он поэтому и на эвтаназию решился… — Прекрати, Демьян! — Я не могу сейчас остаться в стороне. И принять чью-то одну сторону. Обоих понять могу. Но в этой ситуации чем-то пожертвовать придется. Ну или… оставить его одного. Ты захочешь его оставить? — Что? Ты вообще в своём уме? — Вот видишь. Послушай, этот приступ стабилизируют. Назначат новое лечение. А потом снова приступ. А потом, возможно, еще один. И попутно ты хочешь загнать его в бесконечную зависимость от врачей. Не знаю, интересовалась ли ты подобным или нет, но мозг Влада с каждым разом истощается. А под таким гнетом это начнется в ускоренном режиме, и вместо приблизительно пары лет останется пара месяцев. Так ты хочешь? Дай ты ему уже свободу. Он из этих стен выйдет и дышать легче начнет. Без привязки к обследованиям, мониторингу, анализам. На него это все психологически давит. И сказать нет он не может, потому что это будет означать отобрать у тебя надежду. — Все-таки… мне кажется, это он тебя подослал… — Мне кажется, тебе надо взять пару дней отдыха. Побудь с дочкой. Я за ним сам присмотрю. А ты подумаешь над моими словами. Ведь недаром многие женщины, зацикленные на беременности и лечении, долгое время получают отрицательный результат. Но стоит им об этом перестать думать и переключить внимание на что-то другое – и вуаля. Опускаю глаза. Вуаля, как же. Но у Влада не беременность, а неизлечимая болезнь. * * * Отдых я и впрямь беру. Но к Владу ходить не перестаю. К тому же ему становится лучше, а это значит, его скоро выпишут. |