Книга Девочка из глубинки Том 2, страница 93 – Слава Доронина

Вера разглядывает меня, а потом показывает пальчиком на мой живот, прикрытый пальто.

— У тебя большой живот! Там ребенок?

— Вер! — одергивает Таня, вспыхнув. — Ну что за вопросы?

Такой прямой детский интерес даже радует.

— Да. Будет, — киваю и даже чуть распахиваю полы пальто. Живот в обтягивающем джемпере заметен хорошо. — Здесь маленький мальчик живет.

Глаза Веры сразу округляются, рот открывается.

— Правда? — восхищенно говорит она и тянется маленькой ладошкой потрогать. — Можно? — спрашивает почти шепотом, глядя то на меня, то на свою ручку, зависшую передо мной.

Таня уже готова остановить дочку, но я улыбаюсь:

— Да, — беру ее руку и кладу себе на живот сверху.

Вера очень серьезно поглаживает мой живот через ткань, глаза сияют.

— Привет, мальчик, — говорит она прямо в живот. — А когда он выйдет поиграть?

Таня качает головой:

— Пусть пока посидит, — улыбается она. — А у тебя, кстати, когда срок? — спрашивает у меня.

— В апреле ставили, но с учетом открывшихся обстоятельств сместили на март.

Наверное, Сколар ей рассказал… И судя по тому, что Таня ни капли не удивилась, то да.

— Март… — задумчиво произносит Таня. — Ну еще два месяца. Отлично.

Верочка тем временем трогает мой животик с бесконечным восторгом, будто это новогодний подарочек, и хохочет. Алиса, стоя чуть в сторонке, наблюдает за сестрой, как мне кажется, с улыбкой и умилением.

— Все, хватит малыша тормошить, — Таня аккуратно отцепляет дочку. — Он, наверное, спит там. Пусть тетя Миша отдохнет. Поехали домой. Сейчас покажешь ее комнату. Поможешь разобрать вещи. А потом придумаем, чем займемся.

Мы выходим на парковку, где Танин небольшой кроссовер припаркован у самого входа. Она ловко ставит мой чемодан в багажник, усаживает Веру в детское кресло, быстро со всем управляется. Независимая, сильная, уверенная. С двумя детьми. На ее фоне я себе кажусь ее третьей младшей дочкой. Эта уверенность с опытом приходит? Или, наверное, с жизненным опытом.

Устроившись на пассажирском месте, отмечаю, что дома снег, а тут пальмы и столько зелени. Необычно. И над горами вдалеке висит солнце. Температура в разы выше, чем в Москве. Кажется, будто я попала в другое время года. Даже воздух другой, солоновато-влажный, морской.

Таня садится за руль, заводит мотор и бросает на меня быстрый взгляд:

— Демьян, кстати, звонил. Просил передать, чтобы написала ему, как мы встретимся.

Точно! Спохватываюсь. Тянусь за телефоном в пальто и пишу Сколару сообщение. Он тут же перезванивает, уточняет, как долетела. Заверяю, что у меня все хорошо. Говорю, что мы в машине Татьяны, с девочками, и сейчас поедем домой.

— Очень заботливый он, правда? — замечает Таня с улыбкой, не отрывая глаз от дороги, когда я завершаю разговор.

— Да, — соглашаюсь я.

И снова хочется плакать. Но на этот раз, наверное, от счастья. Чувствую себя такой благодарной судьбе за то, что она послала мне Демьяна. А еще за эту передышку. Пусть и закончившуюся так отвратительно. Май, безусловно, не заслуживает этих серьезных проблем. Но ведь сам требовал от меня этих денег. И будь он порядочным, то отступил бы. Потому что, по сути, я и сама не уверена, что имею на эти деньги право. Просто по стечению роковых обстоятельств и чужих решений я вдруг оказалась значимой фигурой в игре, которую начинала не я. Со временем чувство вины, наверное, притупится, а пока мне жаль Мая. Лучше бы мы никогда не встречались на том перекрестке. Тогда, вероятно, всех этих проблем сейчас и не было бы...