Книга Ангел для жестокого, страница 109 – Кира Лафф, Анастасия Сова

— Ой! — от неожиданности выдает она и застывает на месте. Во взгляде читается испуг.

Ухоженная, красивая, дорогая. А мне во снах, иногда другой приходила. Из могилы на меня лезла. Посиневшая, грязная, с уродливыми трупными пятнами на некогда красивом личике.

А Стас ведь уговорил меня не ходить на похороны. И теперь ясно почему. Их просто, блядь, не было.

Хватаю Веронику за плечо и тащу за ту дверь, из которой она выплыла.

— Ну, привет, Анна Решетова, — прижимаю Веронику к стене, стискивая горло.

— Вадим… — выдыхает мое имя. Глаза бегают.

— Как дела, Анечка? Очень хочется узнать, — цежу сквозь сомкнутые зубы.

— Отпусти, мне больно… — Нику одолевает паника. Она боится меня. Очень. Одно дело вертеть дела за моей спиной, а совсем другое встретиться лицом к лицу с неприглядным прошлым.

— Больно?! — зло усмехаюсь. — Помнится, когда-то тебе нравилась боль… так что изменилось?

Захват моей ладони становится сильнее. Одержимо стискиваю пятерней ее тонкую шею. Хрупкую, изящную шейку.

— Все… — находит в себе силы на ответ. — Оглянись, и ты увидишь.

— Думаю, будет справедливо завершить начатое тобой. Я ведь убийца, да? — нажимаю еще немного, но я блефую. Убивать сучку не стану. Попугаю только. Несколько «убедительных аргументов», и она как миленькая согласится помочь. Расскажет все как было.

— Это все Стас! — вдруг выпаливает, насколько позволяет сжатое горло.

— А ты не при чем, значит?

Молчит. А что тут скажешь? Все очевидно.

— Значит так, — решаю больше не затягивать. Мне все кажется, чем больше времени я провожу вдали от Веры, тем сильнее обостряю накал между нами, — У меня к тебе, Анечка, есть одно предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Вадим

— Вадим, — сжимает ладонью мое запястье. — Пусти!

Делаю хватку слабее с отвращением глядя на брыкающуюся сучку. Вопреки тому, как меня, по всей видимости, представил Вере Стас, я вполне могу контролировать свои действия. Опыта для того, чтобы припугнуть вчерашнюю шалаву, но при этом не причинить ей существенного вреда у меня достаточно!

— Слушай сюда, Анечка, — цежу сквозь зубы, глядя ей прямо в глаза. — Если тебе дорога собственная задница, и ты не хочешь надолго засадить ее на нары за мошенничество и подделку документов, то я настоятельно рекомендую тебе прислушаться к моему предложению.

— Ладно! — шипит, не прекращая сопротивляться. Да, эта тварь думает только о своей выгоде и своей шкуре. — Я согласна!

— Я же еще даже предложение не озвучил, — зло усмехаюсь. — А ты уже согласна? Видимо, привычки проститутки не так легко из себя вытравить?

Живой призрак смотрит на меня с ненавистью, а потом делает резкий вдох, когда я отпускаю ее шею.

Подкатываю офисное кресло и толкаю ее в него.

— Отдохни, — сам присаживаюсь на край стола.

Вероника судорожно потирает покрасневшую шею.

— Как был ты уродом, Вяземский, так и остался! — опускает полный ненависти взгляд в пол. — Годы тебя лучше не сделали!

— Правда? — приподнимаю бровь. — Жаль, я про тебя то же самое сказать не могу! Ты, конечно, прежней сукой осталась, в этом без изменений. Только вот постарела…

— Иди в жопу! — зло шипит и тянется к стоящему в шкафу графину с водой. Наливает ее себе в стакан дрожащей рукой, делает несколько судорожных глотков.