Книга Запретная, страница 22 – Татьяна Серганова

— И обойти никак нельзя, – медленно проговорил Разин.

— Я Страж, я никогда не пойду против закона, – ответил Туманов и забарабанил пальцами по коленке. – Но они растут. Если первые попытки были похожи на дилетантские выходки зарвавшихся школьников, то теперь за тебя взялись всерьёз. Одно твоё соблазнение прошло на пять с плюсом.

Денис скривился, словно от зубной боли:

— Будешь читать лекцию по технике безопасности? Так защита молчала и никак не реагировала на девчонку.

Слова прозвучали как оправдание, и это Разину не понравилось. Но Игорь не стал заострять на данном факте внимание.

— Конечно, молчала. Ведь защита настроена на опасные воздействия, а не химические.

— В смысле?

— Феромоны, мой друг. Они сыграли на её феромонах. Одна сплошная, совершенно не агрессивная химия, только в несколько раз увеличенная. У меня самого под ложечкой засосало, когда я вошёл в кабинет и увидел ревущую девчонку у твоего тела и почувствовал аромат духов с секретом. Они совершенствуются, оттачивают мастерство. К тебе еще никогда не подбирались так близко. В этот раз, правда, сильно рисковали, на духи могли среагировать и другие, и была бы настоящая бойня.

— И почему не среагировали?

— Потому что изначально были настроены только на тебя. А потом уже в кабинете, когда вы предались утехам, они активизировались по полной. У тебя не было шанса сбежать.

«А я и не хотел», – мрачно подумал Дэн, помня, какой нежной и в то же время темпераментной она была в его руках. Как прижималась к нему всем телом, как стонала и изгибалась от ласк.

— Если бы духи были хоть каплю токсичными, защита бы отреагировала сразу. Но тут просто физиологическая химия, чувства и страсть, к которым так привык твой организм, – продолжил Игорь.

— Что собираешься делать?

— То же, что и все эти дни. Буду пробовать достучаться до девчонки. Расшевелить её как-то. Только она сама может сбросить последние оковы и выбраться из порочного круга. Ты знаешь, Дэн, – вдруг сказал Туманов и отвернулся к окну, – мне её жаль. Ведь хорошая девчонка, искренняя, и попала в неприятности по вине родной сестры. Ей бы жить и жить, а видишь, как всё обернулось.

— Думаешь, сможешь до неё достучаться?

— Не знаю, – тяжело вздохнул Туманов. – Но как же хитро! Я даже начинаю ими восхищаться. Что ты так на меня смотришь? Ведь как подготовились, а? Трижды себя обезопасили. Трижды! Сначала яд, потом бомба и, наконец, финальный штрих – родственные узы.

— Только конечная цель не достигнута. Я всё ещё жив, – мрачно заметил Дэн.

— Ты просто очень везучий. Суд через четыре дня. У меня ещё есть шанс вернуть её. Ладно, мне пора. Выздоравливай.

Денис потом долго стоял у окна, пытаясь понять, как же быть дальше. Лисёнка надо спасти, но он понятия не имел, как это сделать.

Из раздумий его отвлёк неясный гул. Резко обернувшись в сторону выхода, он принялся ждать. Там постоянно дежурила стража, но форс-мажор никто не отменял.

Дверь плавно открылась, впуская инвалидную коляску, на которой королём восседал пожилой мужчина.

— Дед, – выдохнул Дэн, делая шаг вперёд.

— Живой? – проскрипел Максим Леонидович, останавливая коляску, и даже улыбнулся, хотя Дэн знал, с каким трудом ему даётся любое движение, как боль разъедает его ослабленное тело.

— Ты как тут оказался? – мужчина сел на кровать, всматриваясь в измождённое лицо старика.