Книга Подарок для Градова, страница 8 – Татьяна Любимая

— Дай — ка мне вон ту, со звездочками, — указываю Ренату на бутылку коньяка у него за спиной. — И такси мне вызови.

— Момент, — исполняет бармен.

Забираю бутылку, хлопаю себя по карманам, проверяю наличие ключей и телефона. Пальцы в кармане натыкаются на тряпицу. Вытаскиваю маленький комок красного кружева. А — а–а, кошка — а! Подарок мой изумительный. Вспоминаю девицу в красном платье. Вот она бы меня сейчас здорово полечила!

Прячу трофей обратно, пока не спалился перед подчиненными.

— Все, меня сегодня нет, завтра — как получится, — предупреждаю Рената. Пусть расслабятся без начальства денек.

Похмелье, мать его за ногу, превратило меня в овоща. Это ж надо было так нажраться с пацанами. До утра с ними печень убивал. Слава богу, я жив и печень напряжно, но работает. Клянусь, больше не пью и не пою! Ну если только иногда и немного.

А, черт, Морозову на свадьбу почти уговорил, грех не отметить. Ладно, лечимся сейчас и соблюдаем диету до дня Икс. Кошку снова увижу, соблазню как вчера, м — м!

В промежутках между лекарством от похмелья и сном вчерашняя интрижка с моим подарком вспоминается приятным десертом — мало было, но очень вкусно.

День второй.

Могла бы и позвонить, найти предлог увидеться, трусики, например, забрать. Я бы невзначай настоял на повторении. Уверен, она была бы не против. Можно предоставить ей инициативу извиниться за пощечину. Губы свои суперские использовать по назначению.

От представшей картинки непроизвольно закатываю глаза. Боец в штанах готов к марш — броску в поисках кошки. Вах! Держись, Павел Юрьевич, держись!

День третий. Стойкая девчонка. Вредная. Хочет, чтобы я сам за ней побегал? Вот еще. Никогда ни за кем не бегал и не собираюсь.

Сучка.

Обычно, начиная со второго дня, телефон назойливо жужжит. Дамочки, поскакав на моем члене, желают многократного повторения. А тут, после одной горячей когтистой, молчок. Будто и не было. Я уж грешным делом начал думать, что кошка привиделась мне спьяну, но еще саднящие следы на спине говорят — была. Было. А еще трофей, как талисман, в кармане таскаю. Реально фетишистом стал.

— И че это мы не звоним, а? Кира, Кирочка, кошечка моя, — вместо того, чтобы выкинуть случайную партнершу из памяти и заняться неотложными ресторанными делами, третий день втыкаю в молчащий экран телефона.

Отмазка, что кошка не знает номера, не прокатит. У Морозовой могла бы взять, на худой конец.

Кире либо реально не понравилось, в чем я сильно сомневаюсь, либо у нее на это есть серьезные причины. И эти причины мне вдруг до зуда в печенках хочется выяснить. Поняв, что к концу третьего дня весточки от Киры не дождусь, решаю, что пора мне самому напомнить ей о себе. Например, потребовать фотографии с вечера встречи. Имею право видеть запечатленные фейсы одноклассников. Они мне дороги как память.

Но сначала нужна информация.

Набираю Островского.

— Здарова, Никитос. Как сам?

— Привет, норм, — слышу в ответ деловой голос друга и по приятному стечению обстоятельств — частного детектива. Совсем недавно он рыл инфу на Вербина, бывшего мужа Морозовой. — Кого на сей раз пробиваем?

— Ахаха, молоток. Тебя не проведешь. Мысли на расстоянии читать научился.

— Так ты звонишь мне только по одной причине, — отвечает весело.

— Все — все, теперь буду мучаться угрызениями совести. Ты же знаешь, друг, я в долгу не останусь.