Книга Босс и (не) идеальная жена, страница 5 – Элиза Король

Все мои мысли были заняты предстоящей встречей с генеральным директором компании «БаринOFF», тем самым лучшим учеником Аркадия Петровича.

Преподаватель договорился о встрече для меня, показав ему мои работы.

Я стою в приемной, где по идее должна быть хотя бы секретарша, но, по крайней мере, об этом говорит красивый стеклянный стол из эпоксидной смолы.

Рассматривая его, я вздрогнула, потому что со мной вновь случился классический «нюанс» — я забыла имя ученика Заручного. Моя память снова подвела меня в самый ответственный момент, оставив привычный выбор: выкручиваться или опозорится. Это происходило со мной только, когда дело касалось имен…

Несколько минут я провела в мучительном бездействии, сверля взглядом циферблат часов. Время с каждой секундой становилось все меньше, поэтому я решила действовать.

Тяжелая дверь в конце коридора манила и пугала одновременно, но выбора не оставалось — я решительно шагнула к ней.

Я остановилась около неё, ощущая её массивность почти физически. Ладонь сама потянулась к дереву, но первый стук вышел каким-то неуверенным и тихим.

Сжав кулаки от досады, я предприняла еще одну попытку, теперь я постучала настолько громко, что древесина завибрировала.

И меня наконец-то услышали:

— Заходите, — прозвучал энергичный голос с характерной хрипотцой, в которой угадывалась и властность, и легкое нетерпение.

Открываю массивную дверь с замиранием сердца, его стук эхом слышится в висках.

Первое, что я вижу, — это красивые зеленые глаза на немного смазливом лице блондина. Он улыбается широко и задорно, смотря на меня оценивающе.

Нет, конечно, мужчина действительно симпатичный, хорошо сложен, но почему-то не вписывается в атмосферу этого кабинета.

Я представляла генерального директора компании «БаринOFF» как-то иначе, что ли…

— Дорогая, что вы там замерли! Присаживайтесь скорее! — его голос прозвучал слишком громко для этого кабинета.

Я шагнула внутрь, ловя себя на мысли, что этот человек совершенно не похож на того сурового прагматика, образ которого я рисовала в воображении.

Всё это время я отчетливо чувствую внимательный взгляд генерального.

Что ж, видимо, мой день только начал преподносить сюрпризы…

Агния Стомина

«Агния, твой талант попадать в дурацкие ситуации достиг сегодня таких вершин, что требует срочного учреждения отдельной премии! Назову-ка я её „Казус имени Агнии“ — с формулировкой „За выдающуюся способность превращать простые жизненные сцены в театр абсурда“. И самое главное — конкуренции у меня не будет! Я буду единственной и непревзойденной лауреаткой», — едко заметила про себя я, чувствуя, как горит лицо от смущения.

Как только первый шок сходит на нет, я начинаю, как обычно, уделять внимание деталям, например, я замечаю, что генеральный директор сидит сейчас в весьма фривольной позе.

Да-да, я не шучу, хотя мне бы очень хотелось, чтобы это была всего лишь игра разыгравшегося воображения.

Мои глаза в который раз за пятнадцать минут округляются от шока, хотя, казалось бы, что лимит абсурдных вещей на сегодня я уже исчерпала, но жизнь всё-таки умеет удивлять, расширяя горизонты дозволенного…

Наверное, впервые в жизни мне хотелось прикрыть лицо ладонями, чтобы была возможность передохнуть хоть на мгновение, но сейчас я не имела права совершать глупости, потому что от моих действий зависела моя карьера.