Книга Измена. Моя итальянская ошибка, страница 34 – Светлана Кондр

— Это пранк, мы просто его реакцию записывали, — из раздутых щек, недовольным притихшим голосом выдавил Игорь и закатил глаза.

Малолетний засранец.

— Вот видите, наш мальчик просто пошутил, чего шум поднимать? Дергаете занятых людей по пустякам, — папаша выпятил грудь как бойцовый петух в сторону директора.

— А в глаз ты ему дал тоже по шутке? — спросила я у Игоря. — Почему вы, — я ткнула пальцем в родителей Комарова. — Называете избиение моего ребенка пустяком? — далее перевела взгляд на директрису. — Покрывайте преступников, выгораживайте. Только… Я это так не оставлю. Пожалуюсь на вас в министерство образования.

От переполняющего возмущения я обратилась ко всем. Какое безобразие творится, и никто не хочет за это отвечать.

— Полина, — Фабио провел по моей руке своей, успокаивая. — Мы сейчас пойдем снимем побои и напишем заявление в полицию. Добьемся проверки школы и условий воспитания молодого человека. С этими людьми по-другому нельзя.

Минутная тишина показала, что Фабио своими словами напугал и директрису, и Комаровых.

А какой выход, если люди не испытывают чувство вины.

Но тут послышался удар, и мальчик застонал.

— Проси прощение, остолоп, — склонивших над Игорем, выругался отец с истеричными интонациями в голосе. — Вечно от тебя одни проблемы.

Держась за голову, мальчик хлюпнул носом, зажмурился и мелко затрясся. Но вместо сожаления о содеянном злая гримаса на мгновение отразилась на его еще детском лице. Он стрельнул в Вовку глазами и оскалился.

Мы с Фабио переглянулись.

— Сказал, проси прощение! — отец дернул сына, чтобы тот поторопился.

— Прости, я больше так не буду, — пробурчал он.

— Довольны? Все пошли, — Комаровы начали выходить, но Фабио не собирался так просто отпускать их.

— Стоп, — жестко произнес, неуловимым движением отстранил крикуна-отца и навис над Игорем. — Посмотри хорошенько и запомни лицо, — указал на Вовку. — Если еще раз ты или твои дружки подойдете к этому мальчику, и обидите его. Мы сразу напишем заявление в полицию, а дальше случится много интересных вещей. Маму с папой ты увидишь только после совершеннолетия. Понял меня? — мальчик испуганно кивнул, и я положила ладонь на плечо Фабио, чтобы он сбавил обороты. — А вы… Займитесь воспитанием сына иначе…

— Что иначе? — повысил голос папаша, принимая вызов.

— Это сделают другие люди, специально обученные, — ощетинился начальник. — Понял меня? — спросил угрожающе, будто вот-вот и кулак влетит прямо в надменное лицо.

— Понял, понял, — тот недовольно сдался и, подтолкнув семью на выход, вывел из кабинета.

Не сомневаюсь, они прислушаются к угрозам моего босса. Он был очень убедителен.

Я потерла шею и поймала себя на мысли, что хочу обнять Фабио. То, как он проявил себя… Я ощутила невероятную поддержку. Мы ему никто, но он так рьяно вступился за Вовку, что я очень благодарна. Настоящий мужчина. Не то, что этот Комаров-старший…

Хорошо все-таки, что начальник решил пойти со мной. Не знаю, как бы я справилась без мужского плеча.

— Вы кто? — спросил Вовка, когда мы покинули кабинет директора. Держась за лямки рюкзака, сын озорно начал разглядывать Фабио, будто зная, что меня с боссом связывает что-то серьезное.

— Друг твоей мамы.

— Фабио Даниэлевич мой начальник, — вмешалась я, говоря правду.