Книга Я (не) буду твоей, страница 85 – Алиса Браун

Горячая, тяжелая волна желания мгновенно прокатилась от груди к низу живота. Я невольно закусила губу, бросив на него взгляд из-под опущенных ресниц. Его зрачки тут же расширились, поглощая радужку.

Марк отломил еще один кусок и отправил его себе в рот. Я наблюдала за тем, как двигаются его челюсти, затаив дыхание. Будто от того, понравится ли ему мой простецкий завтрак, зависела судьба мира.

— Ммм... — он проглотил еду и удовлетворенно кивнул. — Очень вкусно, Катя.

— Спасибо.

Я снова густо покраснела и опустила глаза на свои сцепленные в замок пальцы.

Это был всего лишь омлет. Ничего особенного. Он точно ел блюда и интереснее. Но то, с каким удовольствием он ел мою стряпню на моей тесной кухне, согревало сердце лучше любого солнца.

— Марк... — осторожно начала я, нервно заламывая костяшки пальцев. — Ты же сам говорил, что не заводишь отношений.

В голове яркой вспышкой возник его холодный, равнодушный профиль в салоне машины после вечера в закрытом тире. Он тогда так легко и цинично сказал, что отношения его не интересуют, что в любовь он не верит, и он предпочитает просто наслаждаться разными девушками.

От этих воспоминаний по спине пробежал неприятный холодок. А что, если я просто его очередная победа? Сложная задачка со звездочкой, которую он наконец-то решил?

Марк замер. Он отложил вилку, вальяжно откинулся на спинку стула и пронзительно посмотрел на меня.

— Не завожу, — абсолютно спокойно, без единой эмоции ответил он.

Внутри меня словно оборвался трос лифта. Я вся вспыхнула, чувствуя, как кровь отливает от лица. Зря понадеялась. Зря поверила его красивым словам про «мою женщину». Вот он, сидит передо мной и прямым текстом признает, что я просто его очередное развлечение на пару месяцев.

— Ты мне как девушка и не нужна, Лебедева, — добавил он, задумчиво скользя взглядом по моему побледневшему лицу.

Я просто онемела. Воздух застрял в горле колючим комом. Я даже слов подобрать не могла от этой наглости и жестокости. Не понимала, что мне теперь делать и как дышать, если я уже отдала этому мужчине свое сердце!

Весь мир накренился. Зачем он тогда оплачивал лечение? К чему были эти клятвы защищать?!

Я уже открыла рот, чтобы послать его к черту и выгнать из своей квартиры, но он вдруг подался вперед и накрыл мои ледяные, дрожащие руки своими горячими ладонями.

— У меня на тебя планы гораздо серьезнее, чем повстречаться пару месяцев и разбежаться, — закончил он свою мысль, и его губы изогнулись в нежной, торжествующей улыбке.

Я захлопнула рот. Хлопала ресницами, не в силах поверить в то, что только что услышала. Мое сердце, секунду назад разбитое вдребезги, совершило кульбит и взлетело к потолку.

Ну что за дурак! Кто так формулирует свои мысли, доводя до инфаркта?!

— Идиот... — выдохнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы облегчения. — А почему... почему ты вообще перестал верить в любовь?

Марк слегка нахмурился. Тень старой, тяжелой боли легла на его лицо, но он не стал уходить от ответа. Его большие пальцы успокаивающе поглаживали мою кожу.

— Потому что ты не первая, кому Вероника предлагала деньги в обмен на мой уход, — его голос стал сухим и жестким. — У нее всегда был доступ к счетам ее матери. И до тебя... до тебя абсолютно все соглашались на ее предложение, Катя. Они брали конверт, паковали вещи и исчезали. Любовь заканчивалась там, где начинались большие отступные.