Книга Прикосновение, страница 24 – Марина Кистяева

Изменился не только голос Игната. Выражение лица и глаз – тоже. Появилось хищное выражение, казалось, даже скулы заострились, выразительно очерченные губы приоткрылись, словно намеревались выдать оскал. А серо-зеленые глаза потемнели, на дне растекалось нечто томное, вязкое, гипнотизирующее. Диана редко всматривалась в мужские глаза. Иначе неприлично и двусмысленно получалось. Тут же не смогла ничего с собой поделать. Их взгляды встретились. По позвоночнику от иллюзии, что она прикоснулась к чему-то запретному, тайному, потекло тепло.

У Давирова оказались очень выразительные глаза. Сейчас они смотрели на неё иначе, без раздражения. Скорее… с вожделением. Не холодным и расчетливым, которое транслировалось от Давирова в кабинете.

Другое.

Диана, осознав двусмысленность их положения и то, что она по-прежнему лежит сверху на мужчине и ещё елозит по его телу, вспыхнула, покраснела до кончиков волос, радуясь, что легкий мороз давно окрасил её щеки в розоватый цвет.

— Пусти, – негромко попросила она, снова подаваясь назад.

Главное сейчас – не думать и не пытаться как бы случайно узнать, не прошло ли её лежание на нем бесследно! Да и разве мужчина может возбудиться лишь оттого, что она полежала на нем с минуту? Может, чуть дольше. Тем более на них обоих столько одежды, что ничего не почувствуешь.

— Сейчас пущу, не дергайся, – отозвался Игнат, хмурясь. – Точно не пострадала?

— Точно.

— Осторожно скатись с меня, контролируя лыжи.

Со стороны его слова можно было расценить, как проявление забыты. Обычные слова, сказанные обычным мужчиной. И Диана никогда на них не сделала бы акцента, если бы они шли не от Игната.

— Конечно, – на этот раз девушка спорить не стала. Поскорее бы подняться на ноги и вернуться в коттедж.

Об остальном она подумает потом.

— Выпьешь?

— Рано же.

— И что?

И правда. И что?

Игнат кивнул, давая понять, что согласен.

В какой момент он перешел дорогу лихому, что тот решил над ним знатно постебаться? А ведь стебется, и правда, знатно.

Давиров оценил.

Он выбил себе пять дней отпуска. Напряг заместителей, помощников, даже юриста. Сказал, что оторвет яйца любому из них, кто сделает хотя бы один звонок ему и потревожит. Эти пять дней только его! Солнце, горы и алкоголь.

Всё!

Даже без девок.

Так решил Игнат.

Ему необходима перезагрузка. Последние годы он работал, как проклятый. Тут всё понятно. Сейчас все, кто хочет нормально кушать и иметь что-то ещё помимо, работают двадцать пять часов в сутки. Поэтому перегрузками никого не удивишь, они стали нормой нашей жизни. И счастливчик тот, кто имеет возможность забить на рабочий процесс и свалить на необитаемый остров. Или, как он, в горы. Желательно, чтобы и связи сотовой не было, но это уже совсем экстрим, на который даже Давиров не способен.

Если решится на такое, поедет в гости к Мирону. У того дом в лесополосе, в труднопроходимых местах и с нестабильной связью.

Отдых же Игната накрывался медным тазом – так, кажется, принято говорить. Нет-нет, по сути, ничего не изменилось. Он не собирался никуда уезжать и срываться в город. Четыре дня у него остались.

Тогда какого черта его не покидает ощущение, что они пройдут не так, как он планировал? Совсем не так.

А всё почему?!

Пра-а-авильно! Потому что на горизонте показалась Принцесса.