Книга Случайная первая. Прокурор и училка, страница 68 – Марина Кистяева

Этот разговор у них был крайним, когда Илья приехал к Иве, чтобы сделать последнюю попытку вернуть её. А она уже влюбилась в другого мужика. Ну что ж, бывает такое.

Тогда, помнится, Илья удивился знатно — как можно влюбиться в человека, которого знаешь несколько суток? По факту в незнакомца. А сам он сейчас что?

Марфа вздрогнула во сне, съёжившись. Ведь мёрзнет, засранка! Зачем одеяло скинула?!

Как будто интуитивно…

Илья потянул за край и замедлился… Одеяла были у них широкими.

Он переместился ближе к Марфе, осторожно, стараясь её не разбудить, потянул на себя. Ближе… ещё ближе… вот так, чтобы чувствовать на своей коже её дыхание. И кожу тоже чувствовать.

— Илья…

Она выдохнула его имя, не открывая глаз. Мужчина тотчас напрягся, готовый к сопротивлению. Не выпустит он её из рук, пусть даже не надеется. Каково же было его удивление, когда она начала искать более удобное для себя положение, идеально подстраиваясь под его тело.

Охренеть… Вот что она творит?

Что он, мать вашу, творит?

Второе одеяло тут явно было лишним. Он укрыл их одним. Сразу стало теплее. И не мешала Марфа. Никак. Она идеально влилась в его тело, дополнив.

Спал Илья хорошо. Да так, что проворонил момент, когда Марфа от него утром сбежала.

Естественно, в ванну к себе не пустила.

— Церемония в одиннадцать начнётся.

Утро выдалось суетливым. Илью попросили помочь. Толком с Мафрой он и не виделся. А жаль… Даже утреннего поцелуя с неё не стребовал.

Церемония должна была состояться на большой веранде. Для того, чтобы погодные условия не помешали гостям, её обтянули белой занавесью, украшенной многочисленными цветами.

— И арка даже есть…

— Тур, ты точно помнишь, как прошёл мальчишник? Артур же говорил, что Милана подошла основательно к торжеству.

— Вижу…

Илья нетерпеливо оглядывался по сторонам.

И где Марфа?

Должна была подойти пять минут назад.

Её подруга со Львом уже пришли. Им выделили первый ряд, чтобы Тамара могла удобно расположить ногу.

Он начинал нервничать. Марфа же не сбежит? Идиотские мысли, если разобраться. В конце концов, она взрослый человек. Немного не от мира сего, и наливать ей не надо, а так вполне адекватная. Он развернулся, намереваясь идти её искать и, если потребуется, всыпать по аппетитной заднице, когда увидел спешащую фигурку в белом пальто.

Ну вот. Наконец-то.

Илья пошёл навстречу.

И чем короче становилось расстояние между ними, тем сильнее закипала его кровь. На Марфу смотрели. Он бы тоже не смог удержаться. Лёгкая походка, свободно падающие волосы. И платье… Илья, кстати, гадал: неужели придёт в белом? Не принято вроде бы как. Марфа не стала нарушать этикет. Она выбрала кремовое платье из итальянского струящегося шёлка. Накинутое на плечи пальто мешало рассмотреть детали. А хотелось…

— Я опоздала, да? — волнуясь, спросила она и поспешно уточнила: — Да?

— Нет, церемония ещё не началась.

Илья отметил, что голос у него звучит сипло. Волнуется, что ли?

Он протянул руку раскрытой ладонью кверху. Ну же, Марфа, прими оливковую ветвь мира. Давай, девочка.

Щёки девушки не от весеннего воздуха, не то ещё отчего-то вспыхнули алым. Марфа порывисто кивнула и вложила свою руку.

* * *

Ревность — штука дурная. Илья никогда не был собственником. Не было у него причин для ревности. Никогда ранее.