Книга Первый встречный, страница 27 – Марина Кистяева

— Спасение кота засчитываем? – все тем же тоном уточнил Никита, при этом те самые губы снова оказались вблизи Алиных.

Прямо вот рядом. Совсем-совсем.

Она едва сама к ним не потянулась.

А еще… Никита переместил ладонь и теперь гладил внутреннюю сторону бедра, смещая акцент.

— Засчитываем, – быстро согласилась Аля.

Он только этого и ждал, потому что снова потянулся к ее губам, едва не наваливаясь на нее.

А за спиной пирог!

Секс на столе отменяется в любом случае! И не так она представляла потерю девственности.

Страсть захлестывала. Похоть кружила по крови. Аля это признавала. Но ей удалось тормознуть себя. И день опять же был… Она не ханжа, и занималась петтингом в светлое время суток.

Аля снова надавила на плечо Никиты и решительно произнесла:

— Вечером.

Мужчина тотчас остановился. Замер. Напрягся. И прищурился в свойственной ему манере.

— Вечером. Сегодня. – Он не переспрашивал. Уточнял.

Или ставил перед фактом?

Между тем убирать ладонь он даже не думал.

— Да, сегодня.

— Придешь? Или мне за тобой зайти?

— На прогулку?

— Аля! – рыкнул он, и поспешно добавил, едва ли не застонав: – Хочешь – будет тебе прогулка.

Хотела ли она? Нет, наверное.

После прогулки – сбежит.

Они же точно что-нибудь друг другу ляпнут. Им лучше общаться в стиле «глухонемой слепому».

— Я сейчас планирую погулять, вечером не хочу, – извернулась она. Не показывать же, что она почти готова! На все и безоговорочно…

Если она думала, что его глаза смягчатся или в них появится облегчение, то сильно заблуждалась. Ни одна мышца не дрогнула на его лице.

Он продолжил пожирать ее глазами.

Уже раздел и разложил на столе? Мысленно? Так выходит?

Ей фантазия тоже стремительно потекла в эту сторону, и Аля поняла – пора сваливать.

Вот прямо сейчас.

Иначе…

Добром дело не кончится.

— Как скажешь, так и будет, – выдал Никита, окончательно ее дезориентируя.

Всегда бы ей так мужчины отвечали, может, и жизнь проще была бы!

— Сейчас я пойду.

— А пирог?

— Пробуй… Вечером мне скажешь, зашло угощение или нет.

Почему при слове «угощение» уголок губы Никиты нервно дернулся?

Мужчина сделал шаг назад, давая ей возможность для маневра. Аля соскользнула на пол и поправила платье, наигранно тщательно расправляя складки.

Потом помахала пальчиками и, стараясь не перейти на бег, а идти «плавной, летящей» походкой, устремилась прочь из кухни.

Никита аккуратно воткнул нож в пирог и отрезал себе приличный кусок.

Осмотрел с каждой стороны и, хмыкнув, отправил в рот.

Черт, и правда вкусный.

А главное, настоящий! То есть домашний.

В чем в чем, а в домашней кухне он разбирался. Даже умел печь аналогичный пирог! Поэтому по достоинству оценил. Сам Никита иногда добавлял в топпинг сыр гонгонзолу. Совсем немного, два уголка, не больше. Ему нравилось. Парням – тоже.

Света его выпечку никогда не жаловала. То фигуру блюла, то еще что-то. Потом, когда они оба находились в яме, изнывая от удушливой жары, укусов мошкары и прочей дезориентирующей мозг хрени, призналась, что делала все замечания из вредности, потому что у самой никогда ничего не получалось. Даже блины. Хотя он и учил ее…

Хотел как лучше. А получилось… как всегда.

Непонимание, невысказанные обиды. Измена.

И дальше треш, превративший их жизни в кошмар.

А потом и оборвавший…