Книга Бесправная любовь, страница 37 – Марина Кистяева

Его слова… Они мгновенно внесли в её душу полную сумятицу.

— Не разбирала, – подтвердила она, ещё до конца не понимая, к чему он клонит.

Но надежда – глупая, и отсюда жестокая, – успела вспыхнуть в душе. Арина хваталась за всё, за любую соломинку. Гнала её, не желала поддаваться иллюзии, но та настырно пробиралась внутрь, не сдаваясь.

— У тебя есть пятнадцать минут. Я делаю пару звонков, ты собираешься. В ванную я первый. Потом жду тебя внизу. По поводу кофе не знаю, если будут пластиковые стаканчики, значит, возьмем с собой. Если нет, обойдемся. Позавтракаем в кафе.

Говорил Александр жестко. Каждое слово выверено, взвешено. Он точно знал, что делал.

Дважды повторять Арине не пришлось. Она быстро покидала в сумку телефон, на котором, ожидаемо, не было ни одного звонка. Да и кто ей мог звонить? Школьные приятельницы? Если только позлорадствовать. По той же причине она закрыла странички в мессенджерах. Каких ей гадостей только не писали знакомые после случившейся трагедии. Позлорадствовать пришли многие, выразить соболезнования – почти никто.

Для поездки она достала спортивные брюки и короткую футболку. Они же уезжают, она правильно поняла?

Саша забирает её?

Арина выпрямилась и прикрыла глаза. Всего лишь на мгновение. На пару секунд.

Звук открывающейся двери спугнул её. Она обернулась и увидела выходящего Александра.

— Ванная в твоем распоряжении, – сухо бросил он и направился к комоду, где лежал его телефон.

Кофе Арина приготовила.

Саша попросил проверить наличие пластиковых стаканов, и она с готовностью понеслась на кухню. Сердце лихорадочно стучало в груди. Ей до сих пор не верилось, что она покидает это злосчастное место.

На кухне её встретила Елена Михайловна.

— Елена Михайловна, нам бы кофе в дорогу, – протараторила она с ходу. – Стаканчики нужны.

— Верхний правый ящик. Тот, что со стеклянной дверцей, – спокойно отозвалась женщина, продолжая нарезать сыр. – Уезжаешь?

— Да, – радостно подтвердила Арина, бросаясь к ящикам.

— Ну и правильно. Нечего тебе тут делать. Кстати, я была уверена на сто процентов, что ты тут точно не задержишься.

Арина как раз встала на носочки, чтобы дотянуться до стаканов. Услышав слова домработницы, она удивленно обернулась.

— Почему?

Женщина повела плечами.

— Чуйка, Ариш. По вам же всем видно, кто вы. Кто прирожден таскаться по мужикам, а кто по ошибке сюда залетает. Ты точно по ошибке. Мать в детстве мало тебе задницу порола, но ничего…может, сейчас мозги промоет.

Арина достала два стакана и подошла к кофемашине.

— Сирота я, Елена Михайловна, – проговорила она, сглатывая ком в горле. Слова доброй женщины вскрыли рану, которая и не думала затягиваться. Кровоточила снова и снова.

— О-о….девочка…

Елена Михайловна даже в сторону нож отложила и посмотрела на Арину сочувствующе.

— Давно?

— Папа давно умер, а маму… недавно убили, – как Арина не старалась, горечи скрыть не удалось. Ко всему прочему, предательские слезы выступили на глазах, и сдержать их не представлялось возможным. Она тыльной стороной ладони поспешно смахнула их. Не хватало ещё перед Сашей появиться с красным носом.

Она накрасила ресницы, губы тронула блеском, чтобы хотя бы немного выглядеть более привлекательной с утра. Волосы оставила как есть. Поэтому если она сейчас расплачется, то размажет тушь.